Super User

Super User

УДК: 614.7
Петров И.В., Тафеева Е.А.
ФГБОУ ВО Казанский ГМУ Минздрава России, 420012, г. Казань, ул. Бутлерова, 49

 

Состояние здоровья детского населения на территории нефтедобывающих районов Республики Татарстан

 

Резюме. Актуальность проблемы. Дети являются одной из наиболее чувствительных групп населения к неблагоприятному воздействию факторов окружающей среды.

Ключевые слова: здоровье, дети, заболеваемость, нефтедобывающие районы, Татарстан.

Контактное лицо:

Тафеева Елена Анатольевна
доктор медицинских наук, профессор кафедры гигиены, медицины труда ФГБОУ ВО Казанский ГМУ
Минздрава России, г. Казань, 420012, ул. Бутлерова, 49. Тел.: 8 (843) 236-97-02, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Petrov I.V., Tafeeva E.A.
Kazan State Medical University. 49 Butlerov street, 420012, Kazan, Russia

 

Children health in the oil-producing regions of the Republic of Tatarstan

 

Abstract. Background. Children are one of the most sensitive groups of the population to the adverse effects of environmental factors.ъ

Key words: health, children, oil producing regions, morbidity, Tatarstan.

Contact person:

Elena A. Tafeeva
Dr Sci. of medical, Professor of Department Hygiene, Occupational Medicine «Kazan State Medical University»,
49 Butlerov street, Kazan, Russin Federation, 420012 tel. (843) 236-97-02, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Актуальность проблемы. Результаты многочисленных исследований свидетельствуют о том, что дети, в силу их анатомо-физиологических особенностей являются одной из наиболее чувствительных групп населения к неблагоприятному воздействию факторов окружающей среды. Показано, что даже при содержании химических веществ в объектах окружающей среды на уровне гигиенических нормативов величина риска для здоровья детей может быть достаточно высокой [3-10]. Территория
Республики Татарстан характеризуется развитой нефтедобывающей промышленностью. Хорошо известно, что эксплуатация нефтяных месторождений сопровождается различными видами негативного воздействия на окружающую среду и формирует риски здоровью населения. Отмечаются тенденции к ухудшению показателей здоровья населения, проживающего в нефтедобывающих районах, что свидетельствует о наличии отложенных эффектов негативного воздействия деятельности данной отрасли [1, 2].
В связи с этим оценка воздействия процессов нефтедобычи на окружающую среду и состояние здоровья населения продолжает оставаться актуальной гигиенической задачей.
Цель работы. Анализ состояния здоровья детского населения на территории нефтедобывающих районов Республики Татарстан по данным заболеваемости.
Материал и методы исследования. В работе были применены эпидемиологический и статистический методы исследования. Использованы сведения, содержащиеся в официальных формах государственного статистического наблюдения, материалы ГАУЗ «Республиканский медицинский информационный центр» Министерства здравоохранения РТ за период с 2006 по 2016 гг. В качестве базовых территорий были выбраны районы с развитой нефтедобывающей промышленностью (Азнакаевский, Альметьевский, Бавлинский, Бугульминский, Лениногорский, Новошешминский, Черемшанский, Ютазинский муниципальные районы (м.р.)). При анализе тенденции динамики заболеваемости был использован метод выравнивания временных рядов (линейный тренд). Для сравнительной оценки показателей заболеваемости с заданным уровнем значимости (α=0,05) была использована методика расчета доверительных интервалов (ДИ). Анализ полученных данных реализован в операционной системе Windows-10 с использованием стандартного прикладного пакета Excel-2013. Разница в показателях заболеваемости считалась достоверной (p˂0,05), если при сравнении доверительных границ выявлялось наличие трансгрессии (явления неполного разобщения (перекрытия) доверительных интервалов сравниваемых показателей).
Результаты и обсуждение. Как показал проведенный анализ, первичная заболеваемость среди детей (0-14 лет) на территории нефтедобывающих районов за изученный период в целом снизилась на 10,6% (2006 г. – 1349,0 на 1000 детей; 2016 г. – 1206,5), тогда как в РТ отмечается рост данного показателя на 10,1% (2006 г. – 1620,0; 2016 г. – 1783,1) (рис.). Наибольшее снижение первичной заболеваемости среди детей произошло в Ютазинском и Бавлинском м.р. (на 33,3% и 28,4% соответственно).
В то же время в Новошешминском и Альметьевском районах отмечается существенный рост данного показателя (на 21,9% и 18,5% соответственно). Следует отметить, что среднемноголетние показатели первичной заболеваемости детей на изученной территории достоверно ниже (р<0,05), чем в РТ (ДИ 95% 1403,6-1577,8 и 1723,1-1858,9 соответственно). Достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ первичная заболеваемость среди детей в Альметьевском (ДИ 95% 1088,9- 1235,4), Лениногорском (ДИ 95% 1467,7-1687,9), Новошешминском. (ДИ 95% 1400,2-1676,0) и Ютазинском (ДИ 95% 1210,6-1463,8) районах. В то же время в Бугульминском м.р. среднемноголетняя заболеваемость среди детей достоверно превышает (р<0,05) среднереспубликанский показатель (ДИ 95% 1251,4-2261,6). Распространенность болезней среди детей в целом на изученной территории в 2016 г. по сравнению с 2006 г. снизилась на 6,7% (2006 г. – 1758,5 на 1000 детей; 2016 г. – 1639,9), тогда как в РТ увеличилась на 7,1% (2006 г. – 2147,9; 2016 г. – 2300,3) (рис.). Наибольшее снижение данного показателя отмечается в Ютазинском м.р. (на 32,6%), Лениногорском м.р. (на 25,9%) и Бавлинском м.р. (на 19,5%). Незначительный рост данного показателя наблюдается в Альметьевском м.р. (на 2,9%), и существенное увеличение распространенности болезней среди детей произошло в Новошешминском и Черемшанском м.р. (на 34,8% и 22,3% соответственно).

Среднемноголетние показатели распространенности болезней среди детей на изученной территории в среднем, а также в Альметьевском м.р., Бавлинском м.р., Новошешминском м.р., Черемшанском м р. и Ютазинском м.р. достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05) (ДИ 95% 1841,1-2024,0; 1434,8-1575,0; 1734,8-2188,4; 1760,5-2115,0; 1266,8- 1710,9; 1475,6-1858,9; 2230,0-2343,4 соответственно). На территории же Бугульминского м.р. среднемноголетние показатели распространенности болезней среди детей достоверно выше (р<0,05), чем в РТ (ДИ 95% 2505,3-2738,5). Ретроспективный анализ первичной заболеваемости новообразованиями среди детей в возрасте до 14 лет показал, что в целом по республике за изученный период
наметилась тенденция роста заболеваемости (величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,75), тогда как на территории нефтедобывающих районов отмечается тенденция снижения данного показателя (R2=0,74).
Уровень первичной заболеваемости новообразованиями в республике в целом вырос в 1,4 раза, а на территории нефтедобывающих районов снизился в 2 раза. Среднемноголетний показатель первичной заболеваемости новообразованиями среди детей на территории нефтедобывающих районов составил 2,4 на 1000 детей (ДИ 95% 1,9-2,9), в РТ в среднем – 3,6 на 1000 детей (ДИ 95% 3,1-4,1), т.е. различия являются статистически значимыми (p<0,05).
Не смотря на общую тенденцию снижения первичной заболеваемости новообразованиями среди детей, проживающих на территории нефтедобывающих районов, в Черемшанском м.р. отмечается значительный рост данного показателя (по сравнению с 2008 г., рост составил 10,3 раза). На территории Азнакаевского района среднемноголетний показатель первичной заболеваемости новообразованиями среди детей (4,6 на 1000 детей, ДИ 95% 3,3-5,9) превышает показатель по РТ (3,6 на 1000 детей, ДИ 95% 3,1-4,1), однако разница эта статистически не значима (р>0,05). В Альметьевском и Черемшанском районах аналогичный показатель достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по республике.
Анализ динамики распространенности новообразований среди детей за изученный период показал, что в среднем на территории нефтедобывающих районов данный показатель является относительно стабильным, тогда как в РТ наметилась достоверная тенденция роста (величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,879). Среднемноголетний показатель распространенности новообразований среди детей на территории нефтедобывающих районов достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05). На территории нефтедобычи данный показатель составляет 6,0 на 1000 детей (ДИ 95% 5,6-6,5), а в республике – 7,6 на 1000 детей (ДИ 95% 7,0-8,3).

Среднемноголетний показатель распространенности новообразований среди детей статистически значимо (р<0,05) превышает среднереспубликанский показатель в Азнакаевском (9,6; ДИ 95% 7,9 – 11,4) и Лениногорском районам (11,4; ДИ 95% 8,7 – 14,1), а в Альметьевском (2,0; ДИ 95% 1,7 – 2,2), Бугульминском (4,1; ДИ 95% 1,9 – 6,4) и Черемшанском (2,5; (1,3 – 3,6) районам – существенно ниже, чем в целом по РТ (7,6; ДИ 95% 7,0 – 8,3) (р<0,05). Наиболее высокие темпы роста распространенности новообразований среди детей отмечаются в Черемшанском м.р. (в 7,1 раза) и Бавлинском м.р. (в 2 раза). В структуре новообразований важнейшее место занимают злокачественные новообразования. На территории нефтедобывающих районов, как и в РТ в целом, отмечается рост заболеваемости злокачественными новообразованиями. Среднемноголетние показатели заболеваемости злокачественными новообразованиями среди детей превышают средний показатель по РТ (14,1 на 100 тыс. детей) на территории Азнакаевского (19,5), Ленногорского (15,2) и Ютазинского (15,8) районов, однако эти различия не являются статистически значимыми (р>0,05). Как показал анализ первичной заболеваемости детей на изученной территории, среднемноголетние показатели первичной заболеваемости болезнями крови и кроветворных органов достоверно выше (р<0,05) аналогичного показателя по РТ (24,7; ДИ 95% 23,9-25,5) в Новошешминском м.р. (56,9; ДИ 95% 50,0-63,8) и Черемшанском м.р. (41,9; ДИ 95% 33,2-50,6).
На территории Альметьевского м.р., Бавлинского м.р., Бугульминского м.р., Лениногорского м.р. среднемноголетние показатели первичной заболеваемости детей болезнями данного класса достоверно ниже, чем в целом по РТ. Самые низкие уровни первичной заболеваемости детей болезнями крови и кроветворных органов отмечаются в Альметьевском (7,9; ДИ 95% 6,5-9,3) и Бугульминском м.р. (8,8; ДИ 95% 6,9-10,8).

Первичная заболеваемость детей болезнями эндокринной системы достоверно (р<0,05) превышает среднереспубликанский показатель (14,9; ДИ 95% 12,9-16,9) в Бугульминском м.р. (38,9; ДИ 95% 31,7- 46,2) и Новошешминском м.р. (42,5; ДИ 95% 26,9-58,1). На территории Азнакаевского м.р., Альметьевского м.р., Лениногорского м.р., и Ютазинского м.р. среднемноголетние показатели первичной заболеваемости детей болезнями данного класса достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05).
На территории Бугульминского м.р. отмечается самый высокий, в 2,1 раза выше, чем в целом по РТ, среднемноголетний показатель первичной заболеваемости детей болезнями нервной системы (72,0 и 33,6 на 1000 детей соответственно).
Первичная заболеваемость детей болезнями системы кровообращения в целом на изученной территории (9,0; ДИ 95% 7,5-10,6), а также в Азнакаевском м.р. (4,0; ДИ 95% 2,0-6,1), Альметьевском м.р. (4,5; ДИ 95% 3,3-5,7), Бавлинском м.р. (7,3; ДИ 95% 4,9-9,7), Лениногорском м.р. (10,3; ДИ 95% 8,2-12,4), Черемшанском м.р. (4,7; ДИ 95% 3,1-6,3) и Ютазинском м.р. (6,2; ДИ 95% 3,7-8,7) достоверно ниже (р<0,05), чем в РТ в целом (15,5; ДИ 95% 14,3-16,7), а в Бугульминском м.р. (21,6; ДИ 95% 17,1- 26,2) - достоверно выше. Среднемноголетняя первичная заболеваемость детей болезнями органов пищеварения в целом на изученной территории (68,9; ДИ 95% 59,4-78,4) статистически значимо не отличается от аналогичного показателя по РТ (76,1; ДИ 95% 73,7-79,0). В то же время в Альметьевском м.р. (12,4; ДИ 95% 10,2-14,6), Лениногорском м.р. (61,4; ДИ 95% 51,1-71,7) и Ютазинском м.р. (48,3; ДИ 95% 27,8-68,7) данные показатели достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05).
Среднемноголетний показатель первичной заболеваемости детей болезнями мочеполовой системы на территории изученных нефтедобывающих районов (21,7; ДИ 95% 18,8-24,6) достоверно ниже (р<0,05) аналогичного показателя по РТ (34,5; ДИ 95% 32,8-36,2). Самый низкий показатель, в 6,4 раза ниже, чем в целом по РТ, отмечается в Альметьевском м.р. (5,4; ДИ 95% 4,0-6,7).

Анализ распространенности болезней разных классов среди детей показал, что в целом на изученной территории среднемноголетние показатели статистически значимо не отличаются от среднереспубликанских показателей, исключение составляют болезни мочеполовой системы, уровень которых достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ (53,8; ДИ 95% 47,0-60,5 и 76,4; ДИ 95% 74,4-78,3). В то же время за изученный период отмечается неблагоприятная тенденция роста болезней данного класса среди всего населения в Бавлинском м.р. (уравнение регрессии: y=13,385x+40,915; величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,7725) и Черемшанском м.р. (уравнение регрессии: y=3,1986x+57,424; R2=0,7948) за изученный период уровни распространенности на этих территориях выросли в 2,8 раза и 1,6 раза соответственно. Распространенность болезней мочеполовой системы среди детей на территории практически всех изученных районов снизилась, максимальное снижение (почти в 2 раза), отмечается в Альметьевском м.р., и лишь в одном муниципальном районе, Новошешминском, уровень общей заболеваемости детей болезнями мочеполовой системы вырос в 1,5 раза.
На территории нефтедобывающих районов за изученный период отмечается устойчивая тенденция роста распространенности болезней крови и кроветворных органов (уравнение регрессии: y=0,4964x+16,585; величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,8641). Самые высокие уровни распространенности болезней крови и кроветворных органов, достоверно превышающие среднереспубликанский показатель (43,6; ДИ 95% 40,7-46,6), отмечаются в Новошешминском м.р. (65,7; ДИ 95% 57,6-73,9) и Черемшанском м.р. (71,5; ДИ 95% 61,7-81,2), по сравнению с 2006 г. на территории данных муниципальных районов уровень распространенности болезней данного класса среди детей вырос в 1,5 раза. При этом в Альметьевском м.р. (23,5; ДИ 95% 21,3-26,7) и Бугульминском м.р. (18,9; ДИ 95% 15,6-22,2) уровень распространенности болезней крови и кроветворных органов среди детей, достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05). За изученный период произошел рост общей заболеваемости детей болезнями данного класса также в Азнакаевском м.р. (в 1,2 раза) и Бавлинском м.р. (в 1,4 раза). В целом на изученной территории среднемноголетний уровень распространенности болезней эндокринной системы среди детей (34,8; ДИ 95% 28,9-40,8) не имеет статистически значимых различий с аналогичным показателем по РТ (42,5; ДИ 95% 38,6-46,5), а в таких муниципальных районах, как Азнакаевский (10,1; ДИ 95% 9,1-11,1) Альметьевский (10,9; ДИ 95% 8,8- 12,9), Ютазинский (26,6; ДИ 95% 16,3-36,8) распространенность болезней эндокринной системы среди детей достоверно ниже, чем в РТ (р<0,05). Наибольшие уровни распространенности болезней эндокринной системы среди детей
отмечаются в Бугульминском м.р. (66,2; ДИ 95% 57,8-74,5) и Новошешинском м.р. (69,4; ДИ 95% 55,0- 83,7), среднемноголетние показатели распространенности болезней данного класса здесь достоверно выше (р<0,05), чем в среднем на территории нефтедобывающих районов и РТ в целом. Среднемноголетние показатели распространенности болезней нервной системы среди детей на изученной территории не имеют статистически значимых различий с данными по РТ в целом. В Бугульминском м.р. среднемноголетний показатель распространенности болезней нервной системы превышает аналогичный показатель по РТ в 2,3 раза (180,1 и 79,7 на 1000 детей). Среднемноголетний показатель распространенности болезней системы кровообращения среди детей на территории нефтедобывающих районов (31,6; ДИ 95% 28,6- 34,6) достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ (46,1; ДИ 95% 44,0- 48,3). В то же время данный показатель в Альметьевском м.р. (57,2; ДИ 95% 51,3-63,0) достоверно выше, чем в РТ, при этом следует отметить, что за изученный период уровень распространенности болезней системы кровообращения среди кроветворных органов отмечаются в Альметьевском (7,9; ДИ 95% 6,5-9,3) и Бугульминском м.р. (8,8; ДИ 95% 6,9-10,8).

Первичная заболеваемость детей болезнями эндокринной системы достоверно (р<0,05) превышает среднереспубликанский показатель (14,9; ДИ 95% 12,9-16,9) в Бугульминском м.р. (38,9; ДИ 95% 31,7-46,2) и Новошешминском м.р. (42,5; ДИ 95% 26,9-58,1). На территории Азнакаевского м.р., Альметьевского м.р., Лениногорского м.р., и Ютазинского м.р. среднемноголетние показатели первичной заболеваемости детей болезнями данного класса достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05).
На территории Бугульминского м.р. отмечается самый высокий, в 2,1 раза выше, чем в целом по РТ, среднемноголетний показатель первичной заболеваемости детей болезнями нервной системы (72,0 и 33,6 на 1000 детей соответственно). Первичная заболеваемость детей болезнями системы кровообращения в целом на изученной территории (9,0; ДИ 95% 7,5-10,6), а также в Азнакаевском м.р. (4,0; ДИ 95% 2,0-6,1), Альметьевском м.р. (4,5; ДИ 95% 3,3-5,7), Бавлинском м.р. (7,3; ДИ 95% 4,9-9,7), Лениногорском м.р. (10,3; ДИ 95% 8,2-12,4), Черемшанском м.р. (4,7; ДИ 95% 3,1-6,3) и Ютазинском м.р. (6,2; ДИ 95% 3,7-8,7) достоверно ниже (р<0,05), чем в РТ в целом (15,5; ДИ 95% 14,3-16,7), а в Бугульминском м.р. (21,6; ДИ 95% 17,1-26,2) - достоверно выше. Среднемноголетняя первичная заболеваемость детей болезнями органов пищеварения в целом на изученной территории (68,9; ДИ 95% 59,4-78,4) статистически значимо не отличается от аналогичного показателя по РТ (76,1; ДИ 95% 73,7- 79,0). В то же время в Альметьевском м.р. (12,4; ДИ 95% 10,2-14,6), Лениногорском м.р. (61,4; ДИ 95% 51,1-71,7) и Ютазинском м.р. (48,3; ДИ 95% 27,8-68,7) данные показатели достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05).
Среднемноголетний показатель первичной заболеваемости детей болезнями мочеполовой системы на территории изученных нефтедобывающих районов (21,7; ДИ 95% 18,8-24,6) достоверно ниже (р<0,05) аналогичного показателя по РТ (34,5; ДИ 95% 32,8-36,2). Самый низкий показатель, в 6,4 раза ниже, чем в целом по РТ, отмечается в Альметьевском м.р. (5,4; ДИ 95% 4,0-6,7). Анализ распространенности болезней разных классов среди детей показал, что в целом на изученной территории среднемноголетние показатели статистически значимо не отличаются от среднереспубликанских показателей, исключение составляют болезни мочеполовой системы, уровень которых достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ (53,8; ДИ 95% 47,0-60,5 и 76,4; ДИ 95% 74,4-78,3). В то же время за изученный период отмечается неблагоприятная тенденция роста болезней данного класса среди всего населения в Бавлинском м.р. (уравнение регрессии: y=13,385x+40,915; величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,7725) и Черемшанском м.р. (уравнение регрессии: y=3,1986x+57,424; R2=0,7948) за изученный период уровни распространенности на этих территориях выросли в 2,8 раза и 1,6 раза соответственно. Распространенность болезней мочеполовой системы среди детей на территории практически всех изученных районов снизилась, максимальное снижение (почти в 2 раза), отмечается в Альметьевском м.р., и лишь в одном муниципальном районе,
Новошешминском, уровень общей заболеваемости детей болезнями мочеполовой системы вырос в 1,5 раза.
На территории нефтедобывающих районов за изученный период отмечается устойчивая тенденция роста распространенности болезней крови и кроветворных органов (уравнение регрессии: y=0,4964x+16,585; величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,8641). Самые высокие уровни распространенности болезней крови и кроветворных органов, достоверно превышающие среднереспубликанский показатель (43,6; ДИ 95% 40,7-46,6), отмечаются в Новошешминском
м.р. (65,7; ДИ 95% 57,6-73,9) и Черемшанском м.р. (71,5; ДИ 95% 61,7-81,2), по сравнению с 2006 г. на территории данных муниципальных районов уровень распространенности болезней данного класса среди детей вырос в 1,5 раза. При этом в Альметьевском м.р. (23,5; ДИ 95% 21,3-26,7) и Бугульминском м.р. (18,9; ДИ 95% 15,6-22,2) уровень распространенности болезней крови и кроветворных органов среди детей, достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05). За изученный период произошел рост общей заболеваемости детей болезнями данного класса также в Азнакаевском м.р. (в 1,2 раза) и Бавлинском м.р. (в 1,4 раза).
В целом на изученной территории среднемноголетний уровень распространенности болезней эндокринной системы среди детей (34,8; ДИ 95% 28,9-40,8) не имеет статистически значимых различий с аналогичным показателем по РТ (42,5; ДИ 95% 38,6-46,5), а в таких муниципальных районах, как Азнакаевский (10,1; ДИ 95% 9,1-11,1) Альметьевский (10,9; ДИ 95% 8,8- 12,9), Ютазинский (26,6; ДИ 95% 16,3-36,8) распространенность болезней эндокринной системы среди детей достоверно ниже, чем в РТ (р<0,05). Наибольшие уровни распространенности болезней эндокринной системы среди детей отмечаются в Бугульминском м.р. (66,2; ДИ 95% 57,8-74,5) и Новошешинском м.р. (69,4; ДИ 95% 55,0-83,7), среднемноголетние показатели распространенности болезней данного класса здесь достоверно выше (р<0,05), чем в среднем на территории нефтедобывающих районов и РТ в целом. Среднемноголетние показатели распространенности болезней нервной системы среди детей на
изученной территории не имеют статистически значимых различий с данными по РТ в целом. В Бугульминском м.р. среднемноголетний показатель распространенности болезней нервной системы превышает аналогичный показатель по РТ в 2,3 раза (180,1 и 79,7 на 1000 детей). Среднемноголетний показатель распространенности болезней системы кровообращения среди детей на территории нефтедобывающих районов (31,6; ДИ 95% 28,6- 34,6) достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ (46,1; ДИ 95% 44,0- 48,3). В то же время данный показатель в Альметьевском м.р. (57,2; ДИ 95% 51,3-63,0) достоверно выше, чем в РТ, при этом следует отметить, что за изученный период уровень распространенности болезней системы кровообращения среди детей в данном районе снизился в 1,6 раза, и в 2016 г. данный показатель был ниже среднереспубликанского. Снижение уровня распространенности болезней системы кровообращения среди детей за изученный период отмечается также на территории Лениногорского м.р. (в 3,4 раза). Бавлинского м.р. (в 2,7 раза), Ютазинского м.р. (в 3 раза), Бугульмиснкого м.р. (в 1,4 раза).

Среднемноголетний показатель распространенности болезней органов пищеварения среди детей на территории нефтедобывающих районов (126,6; ДИ 95% 114,3-138,8) достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ (153,4; ДИ 95% (146,0- 160,8). В Альметьевском м.р., Лениногорском м.р. и Ютазинском м.р. за изученный период уровень распространенности болезней данного класса среди детей снизился в 2,3, 2,4 и 3,4 раза соответственно. Существенное увеличение уровня распространенности болезней органов пищеварения (в 1,4 раза) произошло на территории Черемшанского м.р. В этом же муниципальном районе среднемноголетний показатель распространенности болезней данного класса (195,8; ДИ 95% 172,3- 219,3) достоверно выше (р<0,05), чем в целом на изученной территории и РТ.

Выводы. Как показал анализ состояния здоровья детского населения, среднемноголетние показатели первичной заболеваемости и распространенности болезней среди детей в возрасте 0-14 лет на территории нефтедобывающих районов РТ достоверно ниже, чем в республике в целом. В то же время на территории отдельных районов отмечаются негативные тенденции в состояния здоровья детского населения. Так, в Бавлинском и Черемшанском м.р. за изученный период отмечается рост распространенности болезней мочеполовой системы в 2,8 раза и 1,6 раза соответственно; в Бугульминском м.р. среднемноголетние показатели первичной заболеваемости болезнями эндокринной системы в 2,6 раза превышают показатель по РТ, распространенности болезней данного класса - в 1,9 раза; болезнями нервной системы - в 2,1 и 2,3 раза соответственно; в Новошешминском м.р. показатели первичной заболеваемости и распространенности болезней крови и кроветворных органов превышают среднереспубликанские в 2,3 и 1,5 раза соответственно, болезней эндокринной системы – в 2,9 и 2 раза соответственно; в Черемшанском м.р. показатели первичной заболеваемости и распространенности болезней крови и кроветворных органов превышают среднереспубликанские в 1,7 и 1,6 раза соответственно. В Азнакаевском и Лениногорском районах распространенность новообразований среди детей превышает показатель по РТ в 1,3 и 1,5 раза соответственно. Все это требует проведения углубленных исследований по выявлению и анализу факторов риска здоровью детей на данных территориях и последующего принятия эффективных управленческих решений, направленных на минимизацию риска и улучшение здоровья.

 

Литература
1. Артемьева А.А. Динамика показателей состояния здоровья и качества медицинского обслуживания населения в разрезе муниципальных районов Удмуртии с разной степенью нефтедобычи / Артемьева А.А. // Вестник Удмуртского университета. Серия Биология. Науки о Земле. – 2015. – Т.25 (4). – С. 136-142.
2. Гурьева Л.В. Состояние окружающей среды и здоровья населения в условиях воздействия нефтедобычи (на примере Новошешминского района Татарстана) / Гурьева Л.В., Степанова Н.Ю., Латыпова В.З., Клевлеева Т.Р. // Журнал экологии и промышленной безопасности. – 2010. -№ 3(97). – С. 11-12.
3. Зайцева Н.В. Анализ управляемых факторов риска неинфекционной патологии в Пермском крае / Зайцева Н.В., Шур П.З., Кирьянов Д.А. // Уральский медицинский журнал. – 2013. – № 2. – С. 14–26.
4. Корочкина Ю.В. Гигиеническая оценка окружающей среды и здоровья детей города Пензы / Корочкина Ю.В., Перекусихин М.В., Васильев В.В., Пантелеев Г.В. // Анализ риска здоровью. – 2015. - № 3. – С. 33-39.
5. Лужецкий К.П. Анализ эффективности технологий коррекции нарушения физического развития у детей, проживающих в условиях низкоуровневого загрязнения атмосферного воздуха и питьевой воды металлами (свинец, марганец, никель, хром, кадмий) / Лужецкий К.П., Устинова О.Ю., Голева О.И., Штина И.Е. // Гигиена и санитария. – 2018. – Т.97 (1). – С. 75-81.
6. Май И.В. Установление и доказательства вреда здоровью гражданина, наносимого негативным воздействием факторов среды обитания / Май И.В., Зайцева Н.В., Клейн С.В., Седусова Э.В. // Здоровье населения и среда обитания – 2013. – № 11. – С. 4–6.
7. Полька Н.С. Современные подходы к вопросам охраны окружающей среды и здоровья детей / Полька Н.С., Коблянская А.В., Скляренко К.А. // Здоровье и окружающая среда. – 2016. - № 26. – С. 93-97.
8. Попова А.Ю. Стратегические приоритеты Российской Федерации в области экологии с позиции сохранения здоровья нации / Попова А.Ю. // Здоровье населения и среда обитания. – 2014. – № 2. – С. 4.
9. Suk W.A. Environmental Pollution: An Under-recognized Threat to Children's Health, Especially in Low- and Middle-Income Countries / Suk W.A., Ahanchian H., Asante K.A. et al. // Environ. Health Perspect. – 2016. - № 124(3). – P. 41-45/
10. Jung D.Y. Effect of Traffic-Related Air Pollution on Allergic Disease: Results of the Children's Health and Environmental Research / Jung D.Y., Leem J.H., Kim H.C. et al. // Allergy Asthma Immunol. Res. – 2015. - № 7(4). – P. 359-366.

УДК: 614.7
Петров И.В., Тафеева Е.А.
ФГБОУ ВО Казанский ГМУ Минздрава России, 420012, г. Казань, ул. Бутлерова, 49

 

Состояние здоровья детского населения на территории нефтедобывающих районов Республики Татарстан

 

Резюме. Актуальность проблемы. Дети являются одной из наиболее чувствительных групп населения к неблагоприятному воздействию факторов окружающей среды.

Ключевые слова: здоровье, дети, заболеваемость, нефтедобывающие районы, Татарстан.

Контактное лицо:

Тафеева Елена Анатольевна
доктор медицинских наук, профессор кафедры гигиены, медицины труда ФГБОУ ВО Казанский ГМУ
Минздрава России, г. Казань, 420012, ул. Бутлерова, 49. Тел.: 8 (843) 236-97-02, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Petrov I.V., Tafeeva E.A.
Kazan State Medical University. 49 Butlerov street, 420012, Kazan, Russia

 

Children health in the oil-producing regions of the Republic of Tatarstan

 

Abstract. Background. Children are one of the most sensitive groups of the population to the adverse effects of environmental factors.ъ

Key words: health, children, oil producing regions, morbidity, Tatarstan.

Contact person:

Elena A. Tafeeva
Dr Sci. of medical, Professor of Department Hygiene, Occupational Medicine «Kazan State Medical University»,
49 Butlerov street, Kazan, Russin Federation, 420012 tel. (843) 236-97-02, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Актуальность проблемы. Результаты многочисленных исследований свидетельствуют о том, что дети, в силу их анатомо-физиологических особенностей являются одной из наиболее чувствительных групп населения к неблагоприятному воздействию факторов окружающей среды. Показано, что даже при содержании химических веществ в объектах окружающей среды на уровне гигиенических нормативов величина риска для здоровья детей может быть достаточно высокой [3-10]. Территория
Республики Татарстан характеризуется развитой нефтедобывающей промышленностью. Хорошо известно, что эксплуатация нефтяных месторождений сопровождается различными видами негативного воздействия на окружающую среду и формирует риски здоровью населения. Отмечаются тенденции к ухудшению показателей здоровья населения, проживающего в нефтедобывающих районах, что свидетельствует о наличии отложенных эффектов негативного воздействия деятельности данной отрасли [1, 2].
В связи с этим оценка воздействия процессов нефтедобычи на окружающую среду и состояние здоровья населения продолжает оставаться актуальной гигиенической задачей.
Цель работы. Анализ состояния здоровья детского населения на территории нефтедобывающих районов Республики Татарстан по данным заболеваемости.
Материал и методы исследования. В работе были применены эпидемиологический и статистический методы исследования. Использованы сведения, содержащиеся в официальных формах государственного статистического наблюдения, материалы ГАУЗ «Республиканский медицинский информационный центр» Министерства здравоохранения РТ за период с 2006 по 2016 гг. В качестве базовых территорий были выбраны районы с развитой нефтедобывающей промышленностью (Азнакаевский, Альметьевский, Бавлинский, Бугульминский, Лениногорский, Новошешминский, Черемшанский, Ютазинский муниципальные районы (м.р.)). При анализе тенденции динамики заболеваемости был использован метод выравнивания временных рядов (линейный тренд). Для сравнительной оценки показателей заболеваемости с заданным уровнем значимости (α=0,05) была использована методика расчета доверительных интервалов (ДИ). Анализ полученных данных реализован в операционной системе Windows-10 с использованием стандартного прикладного пакета Excel-2013. Разница в показателях заболеваемости считалась достоверной (p˂0,05), если при сравнении доверительных границ выявлялось наличие трансгрессии (явления неполного разобщения (перекрытия) доверительных интервалов сравниваемых показателей).
Результаты и обсуждение. Как показал проведенный анализ, первичная заболеваемость среди детей (0-14 лет) на территории нефтедобывающих районов за изученный период в целом снизилась на 10,6% (2006 г. – 1349,0 на 1000 детей; 2016 г. – 1206,5), тогда как в РТ отмечается рост данного показателя на 10,1% (2006 г. – 1620,0; 2016 г. – 1783,1) (рис.). Наибольшее снижение первичной заболеваемости среди детей произошло в Ютазинском и Бавлинском м.р. (на 33,3% и 28,4% соответственно).
В то же время в Новошешминском и Альметьевском районах отмечается существенный рост данного показателя (на 21,9% и 18,5% соответственно). Следует отметить, что среднемноголетние показатели первичной заболеваемости детей на изученной территории достоверно ниже (р<0,05), чем в РТ (ДИ 95% 1403,6-1577,8 и 1723,1-1858,9 соответственно). Достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ первичная заболеваемость среди детей в Альметьевском (ДИ 95% 1088,9- 1235,4), Лениногорском (ДИ 95% 1467,7-1687,9), Новошешминском. (ДИ 95% 1400,2-1676,0) и Ютазинском (ДИ 95% 1210,6-1463,8) районах. В то же время в Бугульминском м.р. среднемноголетняя заболеваемость среди детей достоверно превышает (р<0,05) среднереспубликанский показатель (ДИ 95% 1251,4-2261,6). Распространенность болезней среди детей в целом на изученной территории в 2016 г. по сравнению с 2006 г. снизилась на 6,7% (2006 г. – 1758,5 на 1000 детей; 2016 г. – 1639,9), тогда как в РТ увеличилась на 7,1% (2006 г. – 2147,9; 2016 г. – 2300,3) (рис.). Наибольшее снижение данного показателя отмечается в Ютазинском м.р. (на 32,6%), Лениногорском м.р. (на 25,9%) и Бавлинском м.р. (на 19,5%). Незначительный рост данного показателя наблюдается в Альметьевском м.р. (на 2,9%), и существенное увеличение распространенности болезней среди детей произошло в Новошешминском и Черемшанском м.р. (на 34,8% и 22,3% соответственно).

Среднемноголетние показатели распространенности болезней среди детей на изученной территории в среднем, а также в Альметьевском м.р., Бавлинском м.р., Новошешминском м.р., Черемшанском м р. и Ютазинском м.р. достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05) (ДИ 95% 1841,1-2024,0; 1434,8-1575,0; 1734,8-2188,4; 1760,5-2115,0; 1266,8- 1710,9; 1475,6-1858,9; 2230,0-2343,4 соответственно). На территории же Бугульминского м.р. среднемноголетние показатели распространенности болезней среди детей достоверно выше (р<0,05), чем в РТ (ДИ 95% 2505,3-2738,5). Ретроспективный анализ первичной заболеваемости новообразованиями среди детей в возрасте до 14 лет показал, что в целом по республике за изученный период
наметилась тенденция роста заболеваемости (величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,75), тогда как на территории нефтедобывающих районов отмечается тенденция снижения данного показателя (R2=0,74).
Уровень первичной заболеваемости новообразованиями в республике в целом вырос в 1,4 раза, а на территории нефтедобывающих районов снизился в 2 раза. Среднемноголетний показатель первичной заболеваемости новообразованиями среди детей на территории нефтедобывающих районов составил 2,4 на 1000 детей (ДИ 95% 1,9-2,9), в РТ в среднем – 3,6 на 1000 детей (ДИ 95% 3,1-4,1), т.е. различия являются статистически значимыми (p<0,05).
Не смотря на общую тенденцию снижения первичной заболеваемости новообразованиями среди детей, проживающих на территории нефтедобывающих районов, в Черемшанском м.р. отмечается значительный рост данного показателя (по сравнению с 2008 г., рост составил 10,3 раза). На территории Азнакаевского района среднемноголетний показатель первичной заболеваемости новообразованиями среди детей (4,6 на 1000 детей, ДИ 95% 3,3-5,9) превышает показатель по РТ (3,6 на 1000 детей, ДИ 95% 3,1-4,1), однако разница эта статистически не значима (р>0,05). В Альметьевском и Черемшанском районах аналогичный показатель достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по республике.
Анализ динамики распространенности новообразований среди детей за изученный период показал, что в среднем на территории нефтедобывающих районов данный показатель является относительно стабильным, тогда как в РТ наметилась достоверная тенденция роста (величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,879). Среднемноголетний показатель распространенности новообразований среди детей на территории нефтедобывающих районов достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05). На территории нефтедобычи данный показатель составляет 6,0 на 1000 детей (ДИ 95% 5,6-6,5), а в республике – 7,6 на 1000 детей (ДИ 95% 7,0-8,3).

Среднемноголетний показатель распространенности новообразований среди детей статистически значимо (р<0,05) превышает среднереспубликанский показатель в Азнакаевском (9,6; ДИ 95% 7,9 – 11,4) и Лениногорском районам (11,4; ДИ 95% 8,7 – 14,1), а в Альметьевском (2,0; ДИ 95% 1,7 – 2,2), Бугульминском (4,1; ДИ 95% 1,9 – 6,4) и Черемшанском (2,5; (1,3 – 3,6) районам – существенно ниже, чем в целом по РТ (7,6; ДИ 95% 7,0 – 8,3) (р<0,05). Наиболее высокие темпы роста распространенности новообразований среди детей отмечаются в Черемшанском м.р. (в 7,1 раза) и Бавлинском м.р. (в 2 раза). В структуре новообразований важнейшее место занимают злокачественные новообразования. На территории нефтедобывающих районов, как и в РТ в целом, отмечается рост заболеваемости злокачественными новообразованиями. Среднемноголетние показатели заболеваемости злокачественными новообразованиями среди детей превышают средний показатель по РТ (14,1 на 100 тыс. детей) на территории Азнакаевского (19,5), Ленногорского (15,2) и Ютазинского (15,8) районов, однако эти различия не являются статистически значимыми (р>0,05). Как показал анализ первичной заболеваемости детей на изученной территории, среднемноголетние показатели первичной заболеваемости болезнями крови и кроветворных органов достоверно выше (р<0,05) аналогичного показателя по РТ (24,7; ДИ 95% 23,9-25,5) в Новошешминском м.р. (56,9; ДИ 95% 50,0-63,8) и Черемшанском м.р. (41,9; ДИ 95% 33,2-50,6).
На территории Альметьевского м.р., Бавлинского м.р., Бугульминского м.р., Лениногорского м.р. среднемноголетние показатели первичной заболеваемости детей болезнями данного класса достоверно ниже, чем в целом по РТ. Самые низкие уровни первичной заболеваемости детей болезнями крови и кроветворных органов отмечаются в Альметьевском (7,9; ДИ 95% 6,5-9,3) и Бугульминском м.р. (8,8; ДИ 95% 6,9-10,8).

Первичная заболеваемость детей болезнями эндокринной системы достоверно (р<0,05) превышает среднереспубликанский показатель (14,9; ДИ 95% 12,9-16,9) в Бугульминском м.р. (38,9; ДИ 95% 31,7- 46,2) и Новошешминском м.р. (42,5; ДИ 95% 26,9-58,1). На территории Азнакаевского м.р., Альметьевского м.р., Лениногорского м.р., и Ютазинского м.р. среднемноголетние показатели первичной заболеваемости детей болезнями данного класса достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05).
На территории Бугульминского м.р. отмечается самый высокий, в 2,1 раза выше, чем в целом по РТ, среднемноголетний показатель первичной заболеваемости детей болезнями нервной системы (72,0 и 33,6 на 1000 детей соответственно).
Первичная заболеваемость детей болезнями системы кровообращения в целом на изученной территории (9,0; ДИ 95% 7,5-10,6), а также в Азнакаевском м.р. (4,0; ДИ 95% 2,0-6,1), Альметьевском м.р. (4,5; ДИ 95% 3,3-5,7), Бавлинском м.р. (7,3; ДИ 95% 4,9-9,7), Лениногорском м.р. (10,3; ДИ 95% 8,2-12,4), Черемшанском м.р. (4,7; ДИ 95% 3,1-6,3) и Ютазинском м.р. (6,2; ДИ 95% 3,7-8,7) достоверно ниже (р<0,05), чем в РТ в целом (15,5; ДИ 95% 14,3-16,7), а в Бугульминском м.р. (21,6; ДИ 95% 17,1- 26,2) - достоверно выше. Среднемноголетняя первичная заболеваемость детей болезнями органов пищеварения в целом на изученной территории (68,9; ДИ 95% 59,4-78,4) статистически значимо не отличается от аналогичного показателя по РТ (76,1; ДИ 95% 73,7-79,0). В то же время в Альметьевском м.р. (12,4; ДИ 95% 10,2-14,6), Лениногорском м.р. (61,4; ДИ 95% 51,1-71,7) и Ютазинском м.р. (48,3; ДИ 95% 27,8-68,7) данные показатели достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05).
Среднемноголетний показатель первичной заболеваемости детей болезнями мочеполовой системы на территории изученных нефтедобывающих районов (21,7; ДИ 95% 18,8-24,6) достоверно ниже (р<0,05) аналогичного показателя по РТ (34,5; ДИ 95% 32,8-36,2). Самый низкий показатель, в 6,4 раза ниже, чем в целом по РТ, отмечается в Альметьевском м.р. (5,4; ДИ 95% 4,0-6,7).

Анализ распространенности болезней разных классов среди детей показал, что в целом на изученной территории среднемноголетние показатели статистически значимо не отличаются от среднереспубликанских показателей, исключение составляют болезни мочеполовой системы, уровень которых достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ (53,8; ДИ 95% 47,0-60,5 и 76,4; ДИ 95% 74,4-78,3). В то же время за изученный период отмечается неблагоприятная тенденция роста болезней данного класса среди всего населения в Бавлинском м.р. (уравнение регрессии: y=13,385x+40,915; величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,7725) и Черемшанском м.р. (уравнение регрессии: y=3,1986x+57,424; R2=0,7948) за изученный период уровни распространенности на этих территориях выросли в 2,8 раза и 1,6 раза соответственно. Распространенность болезней мочеполовой системы среди детей на территории практически всех изученных районов снизилась, максимальное снижение (почти в 2 раза), отмечается в Альметьевском м.р., и лишь в одном муниципальном районе, Новошешминском, уровень общей заболеваемости детей болезнями мочеполовой системы вырос в 1,5 раза.
На территории нефтедобывающих районов за изученный период отмечается устойчивая тенденция роста распространенности болезней крови и кроветворных органов (уравнение регрессии: y=0,4964x+16,585; величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,8641). Самые высокие уровни распространенности болезней крови и кроветворных органов, достоверно превышающие среднереспубликанский показатель (43,6; ДИ 95% 40,7-46,6), отмечаются в Новошешминском м.р. (65,7; ДИ 95% 57,6-73,9) и Черемшанском м.р. (71,5; ДИ 95% 61,7-81,2), по сравнению с 2006 г. на территории данных муниципальных районов уровень распространенности болезней данного класса среди детей вырос в 1,5 раза. При этом в Альметьевском м.р. (23,5; ДИ 95% 21,3-26,7) и Бугульминском м.р. (18,9; ДИ 95% 15,6-22,2) уровень распространенности болезней крови и кроветворных органов среди детей, достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05). За изученный период произошел рост общей заболеваемости детей болезнями данного класса также в Азнакаевском м.р. (в 1,2 раза) и Бавлинском м.р. (в 1,4 раза). В целом на изученной территории среднемноголетний уровень распространенности болезней эндокринной системы среди детей (34,8; ДИ 95% 28,9-40,8) не имеет статистически значимых различий с аналогичным показателем по РТ (42,5; ДИ 95% 38,6-46,5), а в таких муниципальных районах, как Азнакаевский (10,1; ДИ 95% 9,1-11,1) Альметьевский (10,9; ДИ 95% 8,8- 12,9), Ютазинский (26,6; ДИ 95% 16,3-36,8) распространенность болезней эндокринной системы среди детей достоверно ниже, чем в РТ (р<0,05). Наибольшие уровни распространенности болезней эндокринной системы среди детей
отмечаются в Бугульминском м.р. (66,2; ДИ 95% 57,8-74,5) и Новошешинском м.р. (69,4; ДИ 95% 55,0- 83,7), среднемноголетние показатели распространенности болезней данного класса здесь достоверно выше (р<0,05), чем в среднем на территории нефтедобывающих районов и РТ в целом. Среднемноголетние показатели распространенности болезней нервной системы среди детей на изученной территории не имеют статистически значимых различий с данными по РТ в целом. В Бугульминском м.р. среднемноголетний показатель распространенности болезней нервной системы превышает аналогичный показатель по РТ в 2,3 раза (180,1 и 79,7 на 1000 детей). Среднемноголетний показатель распространенности болезней системы кровообращения среди детей на территории нефтедобывающих районов (31,6; ДИ 95% 28,6- 34,6) достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ (46,1; ДИ 95% 44,0- 48,3). В то же время данный показатель в Альметьевском м.р. (57,2; ДИ 95% 51,3-63,0) достоверно выше, чем в РТ, при этом следует отметить, что за изученный период уровень распространенности болезней системы кровообращения среди кроветворных органов отмечаются в Альметьевском (7,9; ДИ 95% 6,5-9,3) и Бугульминском м.р. (8,8; ДИ 95% 6,9-10,8).

Первичная заболеваемость детей болезнями эндокринной системы достоверно (р<0,05) превышает среднереспубликанский показатель (14,9; ДИ 95% 12,9-16,9) в Бугульминском м.р. (38,9; ДИ 95% 31,7-46,2) и Новошешминском м.р. (42,5; ДИ 95% 26,9-58,1). На территории Азнакаевского м.р., Альметьевского м.р., Лениногорского м.р., и Ютазинского м.р. среднемноголетние показатели первичной заболеваемости детей болезнями данного класса достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05).
На территории Бугульминского м.р. отмечается самый высокий, в 2,1 раза выше, чем в целом по РТ, среднемноголетний показатель первичной заболеваемости детей болезнями нервной системы (72,0 и 33,6 на 1000 детей соответственно). Первичная заболеваемость детей болезнями системы кровообращения в целом на изученной территории (9,0; ДИ 95% 7,5-10,6), а также в Азнакаевском м.р. (4,0; ДИ 95% 2,0-6,1), Альметьевском м.р. (4,5; ДИ 95% 3,3-5,7), Бавлинском м.р. (7,3; ДИ 95% 4,9-9,7), Лениногорском м.р. (10,3; ДИ 95% 8,2-12,4), Черемшанском м.р. (4,7; ДИ 95% 3,1-6,3) и Ютазинском м.р. (6,2; ДИ 95% 3,7-8,7) достоверно ниже (р<0,05), чем в РТ в целом (15,5; ДИ 95% 14,3-16,7), а в Бугульминском м.р. (21,6; ДИ 95% 17,1-26,2) - достоверно выше. Среднемноголетняя первичная заболеваемость детей болезнями органов пищеварения в целом на изученной территории (68,9; ДИ 95% 59,4-78,4) статистически значимо не отличается от аналогичного показателя по РТ (76,1; ДИ 95% 73,7- 79,0). В то же время в Альметьевском м.р. (12,4; ДИ 95% 10,2-14,6), Лениногорском м.р. (61,4; ДИ 95% 51,1-71,7) и Ютазинском м.р. (48,3; ДИ 95% 27,8-68,7) данные показатели достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05).
Среднемноголетний показатель первичной заболеваемости детей болезнями мочеполовой системы на территории изученных нефтедобывающих районов (21,7; ДИ 95% 18,8-24,6) достоверно ниже (р<0,05) аналогичного показателя по РТ (34,5; ДИ 95% 32,8-36,2). Самый низкий показатель, в 6,4 раза ниже, чем в целом по РТ, отмечается в Альметьевском м.р. (5,4; ДИ 95% 4,0-6,7). Анализ распространенности болезней разных классов среди детей показал, что в целом на изученной территории среднемноголетние показатели статистически значимо не отличаются от среднереспубликанских показателей, исключение составляют болезни мочеполовой системы, уровень которых достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ (53,8; ДИ 95% 47,0-60,5 и 76,4; ДИ 95% 74,4-78,3). В то же время за изученный период отмечается неблагоприятная тенденция роста болезней данного класса среди всего населения в Бавлинском м.р. (уравнение регрессии: y=13,385x+40,915; величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,7725) и Черемшанском м.р. (уравнение регрессии: y=3,1986x+57,424; R2=0,7948) за изученный период уровни распространенности на этих территориях выросли в 2,8 раза и 1,6 раза соответственно. Распространенность болезней мочеполовой системы среди детей на территории практически всех изученных районов снизилась, максимальное снижение (почти в 2 раза), отмечается в Альметьевском м.р., и лишь в одном муниципальном районе,
Новошешминском, уровень общей заболеваемости детей болезнями мочеполовой системы вырос в 1,5 раза.
На территории нефтедобывающих районов за изученный период отмечается устойчивая тенденция роста распространенности болезней крови и кроветворных органов (уравнение регрессии: y=0,4964x+16,585; величина достоверности аппроксимации линии тренда составила R2=0,8641). Самые высокие уровни распространенности болезней крови и кроветворных органов, достоверно превышающие среднереспубликанский показатель (43,6; ДИ 95% 40,7-46,6), отмечаются в Новошешминском
м.р. (65,7; ДИ 95% 57,6-73,9) и Черемшанском м.р. (71,5; ДИ 95% 61,7-81,2), по сравнению с 2006 г. на территории данных муниципальных районов уровень распространенности болезней данного класса среди детей вырос в 1,5 раза. При этом в Альметьевском м.р. (23,5; ДИ 95% 21,3-26,7) и Бугульминском м.р. (18,9; ДИ 95% 15,6-22,2) уровень распространенности болезней крови и кроветворных органов среди детей, достоверно ниже, чем в целом по РТ (р<0,05). За изученный период произошел рост общей заболеваемости детей болезнями данного класса также в Азнакаевском м.р. (в 1,2 раза) и Бавлинском м.р. (в 1,4 раза).
В целом на изученной территории среднемноголетний уровень распространенности болезней эндокринной системы среди детей (34,8; ДИ 95% 28,9-40,8) не имеет статистически значимых различий с аналогичным показателем по РТ (42,5; ДИ 95% 38,6-46,5), а в таких муниципальных районах, как Азнакаевский (10,1; ДИ 95% 9,1-11,1) Альметьевский (10,9; ДИ 95% 8,8- 12,9), Ютазинский (26,6; ДИ 95% 16,3-36,8) распространенность болезней эндокринной системы среди детей достоверно ниже, чем в РТ (р<0,05). Наибольшие уровни распространенности болезней эндокринной системы среди детей отмечаются в Бугульминском м.р. (66,2; ДИ 95% 57,8-74,5) и Новошешинском м.р. (69,4; ДИ 95% 55,0-83,7), среднемноголетние показатели распространенности болезней данного класса здесь достоверно выше (р<0,05), чем в среднем на территории нефтедобывающих районов и РТ в целом. Среднемноголетние показатели распространенности болезней нервной системы среди детей на
изученной территории не имеют статистически значимых различий с данными по РТ в целом. В Бугульминском м.р. среднемноголетний показатель распространенности болезней нервной системы превышает аналогичный показатель по РТ в 2,3 раза (180,1 и 79,7 на 1000 детей). Среднемноголетний показатель распространенности болезней системы кровообращения среди детей на территории нефтедобывающих районов (31,6; ДИ 95% 28,6- 34,6) достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ (46,1; ДИ 95% 44,0- 48,3). В то же время данный показатель в Альметьевском м.р. (57,2; ДИ 95% 51,3-63,0) достоверно выше, чем в РТ, при этом следует отметить, что за изученный период уровень распространенности болезней системы кровообращения среди детей в данном районе снизился в 1,6 раза, и в 2016 г. данный показатель был ниже среднереспубликанского. Снижение уровня распространенности болезней системы кровообращения среди детей за изученный период отмечается также на территории Лениногорского м.р. (в 3,4 раза). Бавлинского м.р. (в 2,7 раза), Ютазинского м.р. (в 3 раза), Бугульмиснкого м.р. (в 1,4 раза).

Среднемноголетний показатель распространенности болезней органов пищеварения среди детей на территории нефтедобывающих районов (126,6; ДИ 95% 114,3-138,8) достоверно ниже (р<0,05), чем в целом по РТ (153,4; ДИ 95% (146,0- 160,8). В Альметьевском м.р., Лениногорском м.р. и Ютазинском м.р. за изученный период уровень распространенности болезней данного класса среди детей снизился в 2,3, 2,4 и 3,4 раза соответственно. Существенное увеличение уровня распространенности болезней органов пищеварения (в 1,4 раза) произошло на территории Черемшанского м.р. В этом же муниципальном районе среднемноголетний показатель распространенности болезней данного класса (195,8; ДИ 95% 172,3- 219,3) достоверно выше (р<0,05), чем в целом на изученной территории и РТ.

Выводы. Как показал анализ состояния здоровья детского населения, среднемноголетние показатели первичной заболеваемости и распространенности болезней среди детей в возрасте 0-14 лет на территории нефтедобывающих районов РТ достоверно ниже, чем в республике в целом. В то же время на территории отдельных районов отмечаются негативные тенденции в состояния здоровья детского населения. Так, в Бавлинском и Черемшанском м.р. за изученный период отмечается рост распространенности болезней мочеполовой системы в 2,8 раза и 1,6 раза соответственно; в Бугульминском м.р. среднемноголетние показатели первичной заболеваемости болезнями эндокринной системы в 2,6 раза превышают показатель по РТ, распространенности болезней данного класса - в 1,9 раза; болезнями нервной системы - в 2,1 и 2,3 раза соответственно; в Новошешминском м.р. показатели первичной заболеваемости и распространенности болезней крови и кроветворных органов превышают среднереспубликанские в 2,3 и 1,5 раза соответственно, болезней эндокринной системы – в 2,9 и 2 раза соответственно; в Черемшанском м.р. показатели первичной заболеваемости и распространенности болезней крови и кроветворных органов превышают среднереспубликанские в 1,7 и 1,6 раза соответственно. В Азнакаевском и Лениногорском районах распространенность новообразований среди детей превышает показатель по РТ в 1,3 и 1,5 раза соответственно. Все это требует проведения углубленных исследований по выявлению и анализу факторов риска здоровью детей на данных территориях и последующего принятия эффективных управленческих решений, направленных на минимизацию риска и улучшение здоровья.

 

Литература
1. Артемьева А.А. Динамика показателей состояния здоровья и качества медицинского обслуживания населения в разрезе муниципальных районов Удмуртии с разной степенью нефтедобычи / Артемьева А.А. // Вестник Удмуртского университета. Серия Биология. Науки о Земле. – 2015. – Т.25 (4). – С. 136-142.
2. Гурьева Л.В. Состояние окружающей среды и здоровья населения в условиях воздействия нефтедобычи (на примере Новошешминского района Татарстана) / Гурьева Л.В., Степанова Н.Ю., Латыпова В.З., Клевлеева Т.Р. // Журнал экологии и промышленной безопасности. – 2010. -№ 3(97). – С. 11-12.
3. Зайцева Н.В. Анализ управляемых факторов риска неинфекционной патологии в Пермском крае / Зайцева Н.В., Шур П.З., Кирьянов Д.А. // Уральский медицинский журнал. – 2013. – № 2. – С. 14–26.
4. Корочкина Ю.В. Гигиеническая оценка окружающей среды и здоровья детей города Пензы / Корочкина Ю.В., Перекусихин М.В., Васильев В.В., Пантелеев Г.В. // Анализ риска здоровью. – 2015. - № 3. – С. 33-39.
5. Лужецкий К.П. Анализ эффективности технологий коррекции нарушения физического развития у детей, проживающих в условиях низкоуровневого загрязнения атмосферного воздуха и питьевой воды металлами (свинец, марганец, никель, хром, кадмий) / Лужецкий К.П., Устинова О.Ю., Голева О.И., Штина И.Е. // Гигиена и санитария. – 2018. – Т.97 (1). – С. 75-81.
6. Май И.В. Установление и доказательства вреда здоровью гражданина, наносимого негативным воздействием факторов среды обитания / Май И.В., Зайцева Н.В., Клейн С.В., Седусова Э.В. // Здоровье населения и среда обитания – 2013. – № 11. – С. 4–6.
7. Полька Н.С. Современные подходы к вопросам охраны окружающей среды и здоровья детей / Полька Н.С., Коблянская А.В., Скляренко К.А. // Здоровье и окружающая среда. – 2016. - № 26. – С. 93-97.
8. Попова А.Ю. Стратегические приоритеты Российской Федерации в области экологии с позиции сохранения здоровья нации / Попова А.Ю. // Здоровье населения и среда обитания. – 2014. – № 2. – С. 4.
9. Suk W.A. Environmental Pollution: An Under-recognized Threat to Children's Health, Especially in Low- and Middle-Income Countries / Suk W.A., Ahanchian H., Asante K.A. et al. // Environ. Health Perspect. – 2016. - № 124(3). – P. 41-45/
10. Jung D.Y. Effect of Traffic-Related Air Pollution on Allergic Disease: Results of the Children's Health and Environmental Research / Jung D.Y., Leem J.H., Kim H.C. et al. // Allergy Asthma Immunol. Res. – 2015. - № 7(4). – P. 359-366.

УДК: 613.6.027; 613.62
1Имамов А.А., 3Бариев И.Г., 1Мухамадеева Р.Р., 1,2Лопушов Д.В.
1Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Казанский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации, 420032, г. Казань, ул. Бутлерова д. 49,
2Казанская государственная медицинская академия – филиал федерального государственного бюджетного образовательного учреждения дополнительного профессионального образовании «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Министерства здравоохранения Российской Федерации, 420073, г. Казань, ул. Бутлерова, д. 36,
3Управления Роспотребнадзора по Республике Татарстан (Татарстан) в г. Набережные Челны, Актанышском районе, 423806, г. Набережные Челны, поселок ЗЯБ, ул. Низаметдинова, д. 14.

 

Условия труда и состояние профессиональной заболеваемости работающего населения в городе Набережные Челны

 

Реферат. Актуальность. В республике, в последние годы, увеличивается количество больных профессиональными заболеваниями, являющихся жителями г. Набережные Челны. В 1999 г. удельный вес больных с первично установленными профессиональными заболеваниями составлял 6,25%, в 2014 г. – 35,3% (максимальный показатель 58% наблюдался в 2008г.).

Ключевые слова: профессиональная заболеваемость, вредные производственные факторы, условия труда.

Контактное лицо:

Мухамадеева Римма Равилевна
аспирант кафедры профилактической медицины и экологии человека ФГБОУ ВО «Казанский
государственный медицинский университет» Минздрава России, Казань, Бутлерова, 49,
тел. 8 9510 62-01-63, е-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


1Imamov A. A., 3Bariev I.G., 1Mukhamadeeva R.R.,1,2Lopushov D.V.
1Federal State Budgetary Educational Institution of Higher Education "Kazan Medical University" of the Ministry of Healthcare of the Russian Federation, 49, Butlerov street, Kazan, 420032,
2Kazan State Medical Academy - Branch Campus of the Federal State Budgetary Educational Institution of Further Professional Education «Russian Medical Academy of Continuous Professional Education» of the Ministry of Healthcare of the Russian Federation, 36, Butlerov street, Kazan, 420032,
3Office of Rospotrebnadzor in the Republic of Tatarstan (Tatarstan) in Naberezhnye Chelny, 14, Nizametdinov street, Naberezhnye Chelny, 423806,

 

Working conditions and the state of occupational morbidity of the working population in the city of Naberezhnye Chelny

 

The abstract. Background. In the republic in recent years, the number of patients who are residents of the city of Naberezhnye Chelny has increased. In 1999, the proportion of patients with primary occupational diseases was 6.25%, in 2014 - 35.3% (the maximum figure of 58% was observed in 2008).

Key words: occupational disease, harmful production factors, working conditions.

The contact person:

Mukhamadeeva Rimma Ravilevna
post-graduate student of the Department of Preventive Medicine and Human Ecology FSBEI HE Kazan SMU MOH
Russia, 49, Butlerov street, Kazan 8-951-062-01-63, е-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Введение. В последние годы в Республике Татарстан (РТ) увеличивается количество больных профессиональными заболеваниями, являющихся жителями г. Набережные Челны [3]. В 1999 г. удельный вес больных с первично установленными профессиональными заболеваниями (ПЗ) составлял 6,25%, в 2014 г. – 35,3% (максимальный показатель 58% наблюдался в 2008г.). Ведущими отраслями экономики г. Набережные Челны являются обрабатывающее производство, в том числе производство автомобилей, прицепов и полуприцепов. Существующий уровень механизации и автоматизации обуславливает воздействие на работников промышленных предприятий комплекса вредных факторов производственной среды и трудового процесса: вибрация, шум, промышленные аэрозоли, химические вещества, нервно-психическое напряжение, перемещение и подъем груза вручную, фиксированная и вынужденная рабочая поза [4,5].
Неблагоприятные производственные факторы труда являются основой формирования профессиональной патологии, способны запускать патогенетические механизмы развития и прогрессирования общих заболеваний, отягощающих течение профессиональных болезней.

Цель исследования: провести анализ условий труда и профессиональной заболеваемости на предприятиях г. Набережные Челны по данным Управления Роспотребнадзора по РТ.
Материал и методы исследования. В ходе исследования оценивались результаты заключительных актов периодического медицинского осмотра работников предприятий, штатное расписание, результаты производственного контроля за производственными факторами рабочей среды, данные плановых и внеплановых проверок Управления Роспотребнадзора по Республике Татарстан, карты аттестации рабочих мест. Временной период сбора и анализа информации составил 1999 – 2017 года Статистическую обработку проводили на персональном компьютере с использованием программ Excel и Statistika 6,0. Для описания относительных величин, полученных данных, использовали значения средней (М) и ошибки относительного показателя (m). Достоверность различий определяли при помощи критерия Стьюдента. Различия показателей считали достоверными при уровне значимости р < 0,05.
Результаты и обсуждение. На контроле отдела надзора за условиями труда находится 381 промышленный объект. Количество работающего населения в городе составляет 262914 чел., в том числе на промышленных предприятиях 125500 чел. Наибольшее число объектов по видам экономической деятельности относится к группе машиностроение, обрабатывающее производство, где занято более 47% работающего населения. Оценка производственных факторов в 2016г. была проведена на 1618 рабочих местах (2015 г. - 1584, 2014 г. - 1713).

По данным лабораторных исследований, в 2016г. находилось под воздействием производственных факторов, превышающих гигиенические требования: по уровню шума – 49% обследованных рабочих мест (2015 г. – 39,2%, 2014г. – 21,6%), по уровню вибрации – 40,9% (2015 г. – 22,7%, 2014 г. – 18,7%), аэрозолей преимущественно фиброгенного действия (АПФД) – 6,8% [1]. Увеличилась доля рабочих мест, не соответствующих гигиеническим нормативам по вибрации, шуму, микроклимату. Также отмечаются превышение предельно допустимого уровня (ПДУ) по микроклимату – 24,5% (2015 г. – 13,8%, 2014 г. – 8,3%), по освещенности – 27,8 (2015г. – 21,9%, 2014 г. – 24,3%). Наиболее высока доля работников, занятых во вредных и опасных
условиях труда в публичном акционерном объединении (ПАО) «КАМАЗ» (76,3%). Доля крайне неблагополучных объектов 3 группы по санитарно-эпидемиологическому благополучию (СЭБ) составляет 3,67%. Основную группу составляют промышленные объекты 2 неудовлетворительной группы СЭБ (78,2%). В 2016г. осмотрено 87654 работника из 90111 подлежащих периодическим медицинским осмотрам (ПМО).
Охват ПМО работников, занятых на вредных работах и на работах с вредными и опасными факторами рабочей среды и трудового процесса, в целом в городе остается стабильно высоким и составляет 97,2% (2014г. – 99,2%, 2015г. – 96,4%). На протяжении анализируемого периода в РТ 35-38% больных ПЗ составляют жители г. Набережные Челны [2]. Так, в 2016 г. диагнозы ПЗ были установлены 56 работникам, в том числе 10 женщинам (17,8%) (2014 г. - 66 работникам, в том числе 12 женщинам – 18,2%; 2015 г. – 62 работникам, в том числе 11 женщинам – 17,7%). Профессиональная заболеваемость в 2016г. на 10 тысяч работающего населения города составила 2,12 (РТ – 1,3), в 2014 г. – 2,98 (РТ – 1,79), в 2015г. – 4,9 (РТ – 1,82). Таким образом, отмечается превышение республиканских значений в 1,6-2,7 раза. В 2016 г. два и более диагнозов ПЗ выявлены у 14 работников (32 случая). Все случаи были установлены у работников Литейного завода ПАО «КАМАЗ» (в 2015 г. –
27 случаев у 13 работников; в 2014 г. – 19 случаев у 17 работников).

В 2016 г. в структуре ПЗ преобладали болезни органов дыхания – 32 случая (43%). Последующие ранговые места заняли тугоухость – 20 случаев (27%), вибрационная болезнь от воздействия локальной вибрации – 14 случаев (19%), прочие - 8 (11%). В 2015г. заболевания органов дыхания составили 43 случая (57%), патология органов слуха – 24 случая (32%), вибрационная болезнь – 8 случаев (11%). В 2014 г. ведущее ранговое место занимала тугоухость – 41 случай (47%), затем следовали болезни органов дыхания – 36 случаев (41%), вибрационная болезнь – 10 случаев (11%), прочие – 1 (1%).

Сравнение со структурой ПЗ в РТ показало, что 2/3 заболеваний органов дыхания от воздействия промышленных аэрозолей регистрируется у жителей г. Набережных Челнов. Так, в 2016 году они составили 67%, в 2015 году – 63%; в 2014 году – 66%. Среди ПЗ от воздействия физических факторов в 2016 году 32% случаев были установлены у жителей г. Набережные Челны (в 2015 году – 29%; в 2014 году – 37%). Среди работников г. Набережных Челнов практически не выявляются больные с профессиональной патологией скелетномышечной системы. Наиболее высокие уровни профессиональной заболеваемости регистрируются на предприятиях ПАО «КАМАЗ» [3]. Показатели профессиональной заболеваемости на литейном заводе превышают республиканские значения в 35, 37 и 44 раза в 2014-2016гг. соответственно. Также отмечаются более высокие показатели профессиональной заболеваемости на прессово-рамном, кузнечном и автомобильном заводах ПАО «КАМАЗ».
Более 80% вновь выявленных ПЗ зарегистрированы у работников, находящихся в наиболее трудоспособном возрасте. Ранжирование по стажу выявило следующие тенденции: на долю работников, имеющих стаж работы в контакте с вредным фактором 30-39 лет приходится 32,7% всех зарегистрированных больных ПЗ, 20-29 лет – 37,9%. Отмечается рост возникновения ПЗ со стажем работы от 10 лет до 19 лет.
В 2016 г. ПЗ зарегистрированы в 23 профессиональных категориях работников. 26,7% ПЗ установлено обрубщикам; слесарям-ремонтникам, слесарям-инструментальщикам, плавильщикам стерженщикам ручной формовки по 5,35 %; наладчикам - 7% [4]. Отмечен ежегодный рост случаев ПЗ среди обрубщиков, слесарей-инструментальщиков, на ладчиков, электрогазосварщиков.

В 2016 г. выявлено 12 случаев хронических профессиональных заболеваний у 10 работниц, что составило 16,2% от всех выявленных ПЗ. Чаще ПЗ регистрировались у женщин - стерженщиков ручной формовки (5,35%). Основная доля профессиональных заболеваний (94,6%) выявлена при прохождении работниками ПМО. В то же время необходимо отметить отсутствие выявляемости профессиональных заболеваний у работников промышленных пред приятий, прошедших ПМО в частных клиниках города.
Выводы.
1. Ведущими вредными и опас ными производственными факто рами, приводящими к развитию профессиональной патологии, являются физические факторы (шум и вибрация), аэрозоли преимущественно фиброгенного действия.
2. Причиной возникновения профессиональных заболеваний являются: несоответствие гигиеническим требованиям факторов производственной среды на рабочих местах; длительное воздействие на организм работающих вредных производственных факторов (стаж работы во вредных условиях труда работников с подтвержденным диагнозом профзаболевания, в среднем составляет более 15 лет).
3. Профессиональная заболеваемость в 2016 г. на 10 тысяч работающего населения города Набережные Челны превышает республиканские значения в 1,6-2,7 раза. В структуре профессиональных заболеваний преобладают респираторная патология, тугоухость и вибрационная болезнь. Наибольший удельный вес ПЗ отмечается у обрубщиков.

 

Литература
1. Берхеева З.М. Многолетняя динамика и структура профессиональной заболеваемости в Республике Татарстан / Берхеева З.М., Гиниятова А.М. // Вестник современной клинической медицина. – 2015. – Т.8. – №1.– С. 10-17.
2. Берхеева З.М. Условия труда и состояние профессиональной заболеваемости работников машиностроительных предприятий / Берхеева З.М., Трофимова М.В., Гиниятова А.М. // Электронный журнал «Медицина труда и экология человека». – 2017. – №3. – С. 19-24.
3. Осипов С.А. Прошлое и настоящее профпатологической службы в Республике Татарстан / Осипов С.А., Малышева И.Ю., Берхеева З.М. // Вестник современной клинической медицины. – 2015. – Т.8. – вып.1. – С.82-86.
4. Donato F., Mortality from cancer and chronic respiratory diseases among workers who manufacture carbon electrodes / Donato F., Monarca S., Marchionna G.// Occup. and Environ. Med. – 2000. – v. 57, – Р. 484-487. 5. Lars J. Mortality and cancer incidence in Swedish battery workers exposed to cadmium and nickel / Lars J., Bellander T., Hogstedt Ch.// Occup. and Environ. Med. - 1998. - v. 55. – Р. 755-759.

УДК: 614.38
1Мурзаева Н.А., 2Булашова О.В., 3Трифонов В.А.
1 Союз «Федерация профсоюзов Республики Татарстан». 420012, г. Казань, ул. Муштари, 9
2Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Казанский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации. 420012, г. Казань, ул. Бутлерова, 49
3Казанская государственная медицинская академия – филиал федерального государственного бюджетного образовательного учреждения дополнительного профессионального образовании «Российская медицинская академия непрерывного
профессионального образования» Министерства здравоохранения Российской Федерации. 420012, г. Казань, ул. Бутлерова, 36.

 

Опыт разработки и внедрения стандартов технологий медицинских услуг в организациях санаторного типа

 

Резюме. Актуальность проблемы. В настоящее время стандарты медицинских процедур или вовсе отсутствуют, или не отвечают в достаточной мере требованиям, обеспечивающим эпидемиологическую безопасность.

Ключевые слова: стандарты медицинских услуг, эпидемиологическая безопасность, санатории.

Контактное лицо:

Мурзаева Наталья Александровна
врач-эпидемиолог Союза «Федерация профсоюзов Республики Татарстан», г. Казань,
420012, г. Казань, ул. Муштари, 9. Тел. 8(927)4042006, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


1Murzaeva N.A., 2Bulashova O.V., 3Trifonov V.A.

1 Labour union's federation of Republik of Tatarstan. 9 Mushtari street, 420012, Kazan, Russia.

 2 Federal State Budgetary Educational Institution of Higher Education "Kazan Medical University" of the Ministry of Healthcare of the Russian Federation. 49 Butlerova street, 420012, Kazan, Russia.

3Kazan State Medical Academy – Branch Campus of the Federal State Budgetary Educational Institution of Further Professional Education "Russian Medical Academy of Continuous Professional Education" of the Ministry of Healthcare of the Russian Federation. 36 Butlerova street, 420012, Kazan, Russia.

 

Experience in the development and implementation of standards of technology of medical services in organizations of sanatorium type

 

Abstraсt. Background. Currently, the standards of medical procedures or not at all, or do not meet the requirements to ensure epidemiological safety.

Key words: standards of medical services, epidemiological safety, sanatoriums

Contaсt person:

Murzaeva Natalia
epidemiologist of the LABOUR UNION'S FEDERATION OF REPUBLIK OF TATARSTAN, 9 Mushtari St.,
Kazan, Russian Federation, 420012, tel. 8(927)4042006, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Актуальность проблемы. Стратегической задачей здравоохранения, большинства стран всего мира, является обеспечение качества медицинской помощи и создание безопасной среды пребывания для пациентов и персонала в организациях, осуществляющих медицинскую деятельность [5, 8, 18]. Санаторно-курортное дело традиционно является составной частью государственной политики отечественной системы здравоохранения. Медицинские учреждения санаторного типа имеют свою индивидуальность, которая определяется многими аспектами, в том числе наличием и эксплуатацией месторождений природных лечебных факторов (минеральной лечебностоловой воды, крепких рассолов, лечебных пелоидов), характером
применяемых медицинских технологий, особой инфраструктурой. Качество медицинской помощи тесно связано с повышением эпидемиологической безопасности лечебно-диагностического процесса и профилактикой инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи (ИСМП) [2, 3, 6, 7]. Профилактика ИСМП является важнейшей составляющей безопасности в силу широкого распространения, негативных последствий для здоровья пациентов, персонала и экономики государства. Согласно позиции Всемирной организации здравоохранения, современный научно обоснованный подход к профилактике инфекционных заболеваний демонстрирует, что ни один тип учреждения здравоохранения ни в одной стране не может претендовать на то, чтобы быть свободным от риска возникновения ИСМП [18]. В условиях нарастающей конкуренции в курортной сфере проводится интенсивное переоснащение санаторных учреждений диагностической и лечебной техникой, внедряются новые методы использования природных и преформированных факторов, в том числе инвазивные манипуляции, что требует оптимизации контрольных мероприятий [1, 13]. Темпы создания новых видов медицинского оборудования и их внедрение в
медицинскую практику происходит достаточно активно, однако их влияние на эпидемический процесс, в том числе на риск развития ИСМП, изучено недостаточно и остаётся одной из основных проблем современного здравоохранения [4, 12]. Интенсивное использование медицинских процедур является опасной «зоной риска», расширяющей возможности реализации, так называемого, «артифициального» – искусственного механизма передачи инфекционных заболеваний [9, 14, 17].
К сожалению, в настоящее время порядки и стандарты медицинских мероприятий или вовсе отсутствуют, или не отвечают в достаточной мере требованиям, обеспечивающим эпидемиологическую безопасность [2, 3]. В то же время следует
отметить, что стандарты технологий некоторых медицинских услуг, оказываемых в санаторно-курортных учреждениях, отсутствуют полностью. Существующие стандарты не адаптированы под специфику деятельности санаториев и в полной мере не соответствуют критериям эпидемиологической безопасности, современным дезинфектологическим технологиям, в том числе по обработке рук персонала, использованию изделий медицинского назначения, правилам обращения с медицинскими отходами.

Цель исследования. Разработка и внедрение стандартов технологий эпидемиологически значимых медицинских услуг в лечебно-профилактических учреждениях санаторного типа.
Материалы и методы исследования. Исследование было организовано на базе лечебно-профилактических учреждений профсоюзов РТ санаторного типа мощностью более 2000 коек: «Бакирово», «Васильевский», «Жемчужина», «Ижминводы», «Ливадия». Профиль, в основном, рассчитан на взрослый контингент, на долю которого приходится 83,2% коек. Однако в 3-х здравницах предусмотрены отделения для детей школьного возраста, таким образом, 16,8% составляет детский контингент. В качестве материала использовались результаты выездных и документальных проверок, включавших описание санитарно-гигиенического состояния и содержания лечебно-диагностических отделений, применяемых дезинфектологических технологий (соблюдение противоэпидемического режима, наличие дезинфекционно-стерилизационного оборудования, набор дезинфицирующих средств и изделий медицинского назначения, утилизация медицинских отходов и другие). Проведен анализ результатов лабораторного мониторинга за 3 года, организованного в рамках производственного контроля для контроля критических точек работы. Изучены научные исследования и проанализированы нормативные документы, отражающие вопросы создания и использования стандартов технологий медицинских услуг.

Результаты и обсуждение. На первом этапе исследования установлено, что в соответствии с положением статьи 37 главы 5 Федерального закона от 21.11.2011 года №323-ФЗ медицинская помощь должна организовываться и оказываться в соответствии с порядками и стандартами оказания медицинской помощи [16]. Общие положения разработки и внедрения стандартов технологий выполнения простых медицинских услуг изложены в национальном стандарте Российской Федерации ГОСТ Р 52623-2006 «Технологии выполнения простых медицинских услуг и приказе Министерства здравоохранения Российской Федерации №299 от 31.07.2000г. «О введении в действие отраслевого стандарта «Технологии выполнения простых медицинских услуг. Общие требования (ОСТ ТПМУ 91500.01.0004- 2000)» [8,10]. В Республике Татарстан в целях повышения качества медицинской помощи пациентам утверждён приказ Министерства здравоохранения Республики Татарстан №953 от 27.07.2010г. «Об утверждении региональных стандартов технологий выполнения простых медицинских услуг» [11]. В 2014 году общероссийской общественной организацией «Ассоциация медицинских сестёр России» опубликованы методические рекомендации «Сборник технологий медицинских услуг» [15]. Анализ всех перечисленных документов показал, что стандарты технологий отдельных медицинских услуг, оказываемых в санаторно-курортных учреждениях, отсутствуют.

Было выявлено, что санаторно-курортная помощь включает ряд специфических медицинских услуг, часть из которых связана с нарушением целостности кожных покровов и слизистых. Таким образом, риск реализации артифициальных путей передачи, в том числе инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи, в санаториях существует при проведении ряда процедур, в том числе озонотерапии, гирудотерапии, гидроколоновоздействии, внутриполостной грязетерапии. В то же время установлено, что нестандартных результатов проб смывов на микробиологические показатели и стерильность не выявлялось. Руководствуясь полученными данными, был разработан набор внутренних организационных, распорядительных и информационных документов, обеспечивающих эпидемиологическую составляющую внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности, и определяющих проведение комплекса многоуровневых системообразующих мероприятий.
Для обеспечения эпидемиологической безопасности процедур возникла необходимость внедрения качественного выполнения манипуляций, сопряжённое с правильным использованием дезинфицирующих средств и кожных антисептиков, медицинских изделий. На следующем этапе были выделены направления, определяющие эпидемиологическую безопасность медицинских технологий: стерильность применяемых медицинских изделий и материалов; асептичность выполнения манипуляций и процедур; минимизацию агрессии медицинской технологии; обработку рук медицинского персонала; безопасное обращение с медицинскими отходами. Как правило, стерильные материалы и медицинские изделия поступают в санатории либо готовыми к применению, то есть простерилизованными в заводских условиях, либо стерилизуются самой медицинской организацией. Очевидно, что чем больше медицинская организация использует одноразовых стерильных материалов, тем меньше вероятность инфицирования пациента, ниже риск развития инфекции. Поэтому на втором этапе, учитывая, что некачественные и бракованные изделия медицинского назначения, поступающие в учреждение и используемые для оказания медицинских услуг, могут угрожать безопасности пациентов, было регламентировано приобретение данных товаров путём организации проведения конкурсов и определён фармацевтический порядок их оборота в санатории. Для удобства контроля и приобретения весь перечень медицинских изделий был разбит на 9 лотов:
1. Изделия медицинской техники, в том числе медицинские инструменты, расходные материалы к медицинскому оборудованию.
2. Растворы и газы для обслуживания медицинских изделий.
3. Шприцы, перчатки, иглы, катетеры, системы для инфузий, зонды, пипетки, пробирки, наконечники, термометры.
4. Реагенты/оборудование/расходные материалы общелабораторные для диагностики in vitro.
5. Лекарственные препараты (за исключением этилового спирта и экстемпоральных препаратов), в том числе лекарственные растительные препараты, соли и концентраты для ванн.
6. Материалы перевязочные (вата, марля, бинты, лейкопластыри и аналогичные изделия для перевязок).
7. Вспомогательные медицинские изделия, в том числе бахилы, сосуды, контейнеры, мешки медицинские для прачечной, носки, одеяла, подушки медицинские, покрывала и полотенца медицинские, сопутствующие изделия к стерилизаторам, экспресс контроля дезинфицирующих средств и качества воды бассейна, одежда и бельё медицинские одноразовые и многоразовые, иммобилизаторы суставов, жгуты и манжеты кровеостанавливающие, валики, чехлы медицинские и прочие вспомогательные и общебольничные медицинские изделия.

8. Пиявки медицинские.
9. Дезинфекционные препараты, в том числе для дезинфекции, стерилизации, дезинсекции, дератизации; препараты для водоподготовки воды бассейна (средства для дезинфекции, коагуляции, регуляторы кислотности).
Кратность проведения процедуры тендера определена 2 раза в год.
Следующим этапом стало выделение разделов, которые включались в стандарт технологии санаторно-курортной услуги. Безусловно, важным аспектом безопасности и качества медицинской помощи является санитарное состояние и наличие необходимого оснащения медицинских кабинетов. В стандарты санаторно-курортных услуг в разделе «Оборудование» было решено включить требования к отделке и оснащению кабинетов. На основании данных выездных ведомственных проверок предложена модернизация материально-технической базы на основе современных требований к архитектурно-планировочным решениям и с позиции создания системы маршрутизации пациента в логистической цепи последовательности отпуска процедур и рационализации труда среднего медицинского персонала. Наиболее объёмным и сложным разделом разрабатываемых стандартов стал раздел «Алгоритм выполнения процедуры», который был разделён на 3 подраздела: подготовка к процедуре, выполнение процедуры и дезинфекционные мероприятия после процедуры. Сотрудниками Союза «Федерация профсоюзов Республики Татарстан» совместно со специалистами ФГБОУ ВО Казанский ГМУ Минздрава России, КГМА - филиала ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России и Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Татарстан стандартизированы меры защиты от инфицирования персонала и пациентов при медицинских услугах, специфичных для санаториев: различные виды процедур озонотерапии, гирудотерапии, гидроколоновоздействии, внутриполостной грязетерапии.
На основании полученных данных разработано учебно-методическое пособие «Стандарты технологий медицинских услуг в лечебно-профилактических учреждениях санаторного типа», которое утверждено и рекомендовано к изданию Методическим советом КГМА - филиала ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России.
Выводы:
1. Стандарты технологий некоторых медицинских услуг, оказываемых в санаторно-курортных учреждениях, отсутствуют.
2. Необходим дальнейший анализ процедур, оказываемых в санаторно-курортной сфере, с позиции эпидемиологической безопасности, с последующей разработкой и внедрением стандартов технологий на все услуги.
3. Использование стандартов позволит совершенствовать контроль качества и безопасности медицинской помощи в санаториях.
4. Потребность санаторно-курортных учреждений в изделиях медицинского назначения следует определять и формировать с учетом стандартов технологий.
5. Целесообразно вводить систему тендерных закупок изделий медицинского назначения, лекарственных препаратов и дезинфекционных средств, используемых в медицинской практике санаториев.

 

Литература
1. Бобровницкий И.П. Разработка и внедрение инновационных технологий восстановительной медицины в практику здравоохранения Российской Федерации / Бобровницкий И.П. // Физиотерапевт. – 2011. − №1. – С. 47-52.
2. Брико Н.И. Эпидемиологическая безопасность – важнейшая составляющая обеспечения качества и безопасности медицинской помощи / Брико Н.И., Брусина Е.Б., Зуева Л.П. и др. // Вестник Росздравнадзора. ‒ 2014. ‒ №3. ‒ С. 27-32.
3. Брико Н.И. Критерии эпидемиологической безопасности медицинской помощи / Брико Н.И., Брусина Е.Б., Зуева Л.П. и др. // Медицинский альманах. ‒ 2014. ‒ №4(34). ‒ С. 8-13.
4. Бояринов Г.А. Физико-техническое обеспечение медицинских технологий / Бояринов Г.А., Кузнецов А.Н., Кузнецов А.Б., Кушников О.И. // Медицинский альманах. ‒ 2013. ‒ №2 (26). ‒ С. 169-172.
5. Глобальная задача по обеспечению безопасности пациентов 2005—2006. Чистая помощь — безопасная помощь // Всемирный альянс по безопасности пациентов. Всемирная Организация Здравоохранения, 2006. – 36с.
6. Гончаров Н.Г. Опыт внедрения системы внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности / Гончаров Н.Г., Бойченко Ю.Я., Оранская О.В. // Заместитель главного врача: лечебная работа и медицинская экспертиза. ‒ 2014. ‒ №2. ‒ С. 46-55.
7. Ледяева Н.П. Основные подходы к совершенствованию управления и организации контроля качества медицинской помощи в многопрофильном ЛПУ / Ледяева Н.П., Гайдаров Г.М., Сафонова Н.Г., Алексеева Н.Ю. // Вестник Росздравнадзора. ‒ 2013. ‒ №1. ‒ С. 43-54.
8. Национальный стандарт РФ ГОСТ Р 52623-2006 «Технологии выполнения простых медицинских услуг. Общие положения» // Стандартинформ. ‒ 2015. – 45с.
9. Покровский В.И. Основы современной классификации инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи / Покровский В.И., Акимкин В.Г., Брико Н.И. и др.// Эпидемиология и инфекционные болезни. Актуальные вопросы. ‒ 2011. ‒ №3. ‒ С. 4 - 10.
10. Приказ Министерства здравоохранения РФ №299 от 31.07.2000г. «О введении в действие отраслевого стандарта «Технологии выполнения простых медицинских услуг. Общие требования (ОСТ ТПМУ 91500.01.0004-2000)».
11. Приказ Министерства здравоохранения РТ №953 от 27.07.2010г. «Об утверждении региональных стандартов технологий выполнения простыхмедицинских услуг».
12. Проект Федеральных клинических рекомендаций «Оптимизация обеспечения эпидемиологической безопасности при использовании медицинского оборудования и медицинских изделий в режимных и специализированных отделениях медицинских организаций» // http://nasci.ru/_resources/directory/201/common/FKR_optimisaziya_2015.pdf.
13. Разумов А.Н. Восстановительная медицина: 15 лет новейшей истории – этапы и направления развития / Разумов А.Н., Бобровницкий И.П. // Вестник восстановительной медицины. – 2008. − №3. – С. 7-13.
14. Сёмина Н.А. Особенности эпидемиологии и эпидемиологического надзора за внутрибольничными инфекциями на современном этапе / Сёмина Н.А., Ковалёва Е.П., Акимкин В.Г., Сидоренко С.В. // Эпидемиология и инфекционные болезни. ‒ 2006. ‒ №4. ‒ С. 22-26.
15. Саркисова В.А. Сборник технологий медицинских услуг // Общероссийская общественная организация «Ассоциация медицинских сестёр России»; [сост.: Лапина Е.А. и др.; общее руководство: Саркисова В.А.]. – Санкт-Петербург: ИПК «Береста», 2014. – 388с.
16. Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (с изменениями и дополнениями).
17. Шкарин В.В. Концепция многоуровневой системы эпидемиологического надзора за госпитальными инфекциями / Шкарин В.В., Ковалишена О.В. // Медицинский альманах. ‒ 2009. ‒ №2(7). ‒ С. 14-21.
18. WHO. Report on the burden of endemic health care-associated infection Worldwide. A systematic review of the literature. World Health Organization, 2011. – 40 р.

УДК: 613.6.027:613.62
1Берхеева З.М., 1Гарипова Р.В., 2Сафина К.Р.
1Федеральное государственное образовательное учреждение высшего образования «Казанский государственный медицинский университет» Минздрава России, кафедра профилактической медицины, кафедра гигиены, медицины труда; г. Казань, ул. Бутлерова, 49,
2Республиканский центр профпатологии Министерства здравоохранения республики Татарстан РТ; г. Казань, ул. Лечебная, 7

 

Особенности современной профессиональной респираторной патологии

 

Резюме. Введение. Профессиональная патология органов дыхания (ОД) занимает второе место в структуре профессиональных заболеваний (ПЗ), диагностируемых в Республике Татарстан (РТ). Чаще всего данная группа заболеваний выявляется у лиц,
занятых в металлургической отрасли и машиностроении.

Ключевые слова: профессиональные заболевания, органы дыхания, периодические медицинские осмотры

Контактное лицо:

Берхеева Зухра Миндияровна
канд. мед. наук, доцент кафедры профилактической медицины ФГБОУ ВО «Казанский государственный
медицинский университет» Минздрава России, Россия, 420012, Казань, ул. Бутлерова, 49,
Телефон: 8-905-310-74-46, е-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


1Berheeva Z.M., 1Garipova R.V., 2Safina K.R.
1Federalnoe State educational institution of higher education "Kazan State Medical University" of the Ministry of health of Russia, Department of preventive medicine, Department of hygiene, occupational medicine; Kazan, 49 Butlerov str.
2Respubliс Center of pathology of Ministry of health of the Republic of Tatarstan. Kazan, 7 Lechebnaja str.

 

Characteristics of the modern professional respiratory pathology

 

Abstract. Introduction. Occupational pathology of respiratory organs takes the second place in the structure of occupational diseases) diagnosed in the Republic of Tatarstan (RT). Most often, this group of diseases is detected in persons employed in the metallurgical industry and engineering.

Key words: occupational diseases, respiratory organs, periodical medical examinations

Contact person:

Berheeva Zukhra Mindijarovna
Cand. honey. Sciences, Associate Professor of preventive medicine at the FEDERAL "Kazan State Medical University"
of the Ministry of health of Russia, Russia, 420012, Kazan, UL. Butlerov, 49, phone: 8-905-310-74-46,
е-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Актуальность. Респираторная система является одной из наиболее тесно соприкасающихся с окружающей средой систем организма. Легкие человека совершают множество тысяч вдохов в течение дня, и если во вдыхаемом воздухе содержатся вредные вещества, то существует вероятность развития различных респираторных заболеваний, в том числе профессиональных. В настоящее время изменилась доля основных нозологических форм в общей структуре профессиональной респираторной патологии: увеличился удельный вес профессиональных бронхитов при соответственном снижении удельного веса пневмокониозов [5]. Неудовлетворительное состояние условий труда, длительное воздействие вредных производственных факторов на организм работающих продолжают выступать в качестве основной причины формирования у работающих профессиональной патологии. В последние годы воздействие промышленных аэрозолей (ПА) сложного состава,
включающих токсичные вещества и аллергены, становится одним из распространенных факторов производственной среды [3, 4]. В РТ в контакте с ПА работает 14445 человек [4]. В структуре профессиональной заболеваемости РТ ПЗ ОД в течение
ряда лет занимают второе место, уступая только патологии от воздействия физических факторов, и в силу тяжести течения являются ведущим видом профессиональной патологии, оказывающим влияние на социальный и трудовой прогноз, а также качество и продолжительность жизни работающих [3]. Начиная с 2000 г. более 80% пневмокониозов и более 60% бронхитов диагностируются у работников металлургических производств и производства машин и оборудования – крупных, часто градообразующих предприятий с сохранившимися здравпунктами и цеховой службой. При этом значительно сократилось количество случаев ПЗ ОД, выявляемых у работающих в строительных, транспортных организациях, сельскохозяйственных
предприятиях, предприятиях по обработке древесины. Удельный вес пневмокониозов, выявленных у работников данной группы предприятий, снизился с 33,08 до 5,29%, профессиональных бронхитов – с 45,45 до 20% [1].

Целью проведенного исследования явилась оценка структуры и динамики профессиональных заболеваний органов дыхания в РТ.
Материалы и методы. Проведен эпидемиологический анализ ПЗ ОД в РТ по данным единой электронной базы данных «Республиканский Регистр профессиональных больных Республики Татарстан» за все годы существования профпатологической службы с 1958 по 2017гг. С 1958 по 2017гг. установлена связь с профессией 1620 заболеваний ОД

Результаты. Анализ профессиональной заболеваемости в республике показывает, что в течение последних 18 лет удельный вес ПЗ ОД увеличился почти в 3 раза – с 11% до 30% При этом выросло и абсолютное количество выявляемых случаев (табл. 1).

Практически по всем нозологическим формам за 2000-2017гг. выявлено в 2 раза больше случаев ПЗ ОД, чем за предыдущие 40 лет существования профпатологической службы. Доля ПЗ ОД от воздействия ПА в РТ в течение последних 10 лет составляет от 21% до 30%. Профессиональные респираторные заболевания в РТ представлены 4 группами болезней: пневмокониозы, профессиональные бронхиты, патология верхних дыхательных путей (ВДП) и бронхиальная астма (табл. 2).

В 2008-2017гг. наиболее распространенным видом ПЗ ОД являлись хронические бронхиты, составившие 47,7%. На втором месте по частоте выявления находятся заболевания ВДП (25,5%), на третьем – пневмокониозы (23,3%). Наиболее редким ПЗ ОД в РТ является бронхиальная астма (3,4%). В 2017 г. были зарегистрированы 76 случаев ПЗ ОД у 61 работника. 57,4% больных были работниками ПАО «КАМАЗ». Анализ выявляемости ПЗ ОД проведен по следующим критериям: выявление респираторной патологии на периодическом медицинском осмотре (ПМО), при наблюдении в центре профпатологии по поводу других профессиональных заболеваний и при обращении за медицинской помощью (табл. 3).

В ходе ПМО наиболее часто регистрируется хронический бронхит или хроническая обструктивная болезнь легких (ХОБЛ). Преобладающее большинство ПЗ ВДП (82,7%) устанавливается в центре профпатологии. Только каждый четвертый случай пневмокониоза выявляется на ПМО. При первичном установлении связи заболевания с профессией 70,4% больных с респираторной патологиейбыли направлены на медико-социальную экспертизу.

Обсуждение. Профессиональные респираторные заболевания в РТ представлены 4 группами болезней. Наиболее частыми ПЗ ОД в РТ в настоящее время являются профессиональные бронхиты и пневмокониозы. Эти изменения, полностью соответствующие тенденциям, наблюдающимся в течение последних десятилетий в странах Европейского союза, могут косвенно свидетельствовать о качестве работы профпатологической службы в республике, демонстрируя близкую к истине картину профессиональной заболеваемости респираторной системы. Качественное проведение ПМО, выполнение установленного регламента (рентгенография органов грудной клетки, спирометрия, осмотры терапевта и оториноларинголога) позволяют выявить профессиональную патологию ОД на ранних этапах. Замена рентгенографии органов грудной клетки флюорографическим исследованием не позволяет выявить начальные признаки пнемокониозов на ПМО.

Наблюдается рост профессиональной патологии ВДП, диагностируемой преимущественно в центре профпатологии при обследовании по поводу ПЗ, что свидетельствует о низком качестве ПМО. Важным моментом при проведении медицинских осмотров является внимательный осмотр каждого работающего врачом оториноларингологом для ранней диагностики начальных признаков патологии ВДП с последующим проведением реабилитационных мероприятий и взятия под наблюдение.
Одной из причин несвоевременного направления в центр профпатологии является и боязнь работника потерять работу при диагностике ПЗ, так как диагностика начальных форм не предусматривает проведение профилактических мероприятий за счет средств Фонда социального страхования, а, если пациент и направляется на освидетельствование, то ему определяют от 10% при профессиональной патологии ВДП и до 30% утраты трудоспособности при других нозологических формах, что свидетельствует о том, что в нашей стране страховая стоимость здоровья при ПЗ остается на низком уровне.

Выводы.
1. Медицинские осмотры с участием специалистов и проведением необходимых функциональных и лабораторных исследований должны оставаться важным звеном в профилактике профессиональных заболеваний.

2. Низкое качество медосмотров во многом обусловлено переводом данной деятельности исключительно в экономическую плоскость и возникновением финансовой зависимости медицинских учреждений от работодателя. Немаловажное значение при выборе учреждения для медицинского осмотра имеет и финансово-экономическая мотивация работодателя, когда в приоритете оказывается стоимость услуг. В связи с этим медицинские осмотры на многих предприятиях носят формальный характер.
3. В сложившейся экономической ситуации наблюдается незаинтересованность работодателя в раннем выявлении профессиональных заболеваний с целью уменьшения страховых выплат.
4. Хорошо организованные качественные медицинские осмотры являются основой для предотвращения трудопотерь вследствие временной и стойкой утраты трудоспособности и преждевременной смертности. Однако, в настоящее время они не только не выявляют ранние признаки профессиональной патологии, но не выявляют подозрения на сформировавшиеся профессиональные заболевания. Большинство из них, если не все, являются предотвратимыми. И даже в случае возникновения ПЗ ОД работник зачастую может надолго сохранить трудоспособность, но при одном условии: если профессиональное респираторное заболевание рано диагностировано и хорошо лечится.

 

Литература
1. Амиров Н.Х. Эпидемиологический анализ профессиональной заболеваемости органов дыхания в Республике Татарстан / Амиров Н.Х., Берхеева З.М., Мазитова Н.Н. // Пульмонология. – 2010. - №6. – С.28-32.
2. Осипов С.А. Общие закономерности формирования профессиональных заболеваний в Республике Татарстан / Осипов С.А., Трофимова М.В., Малышева И.Ю., и др. // Общественное здоровье и здравоохранение. – 2017. - № 2. – С. 17 – 20.
3. О состоянии санитарно-эпидемиологического благополучия населения в Республике Татарстан в 2017 году: Государственный доклад. - Казань, 2018. – С. 128 – 137.
4. О состоянии санитарно-эпидемиологического благополучия населения в Российской Федерации в 2017 году: Государственный доклад. – М.: Федеральная служба по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, 2018. – C. 94 – 104.
5. Fishwick D. Occupational chronic obstructive pulmonary disease: a standard of care / Fishwick D., Sen D., Barber C. // Occup. Med .(London). – 2015. – Vol.65,

УДК: 613.6.027
1Балабанова Л.А., 1Лопушов Д.В., 1Имамов А.А., 2Камаев С.К., 3Ситдикова И.Д.
1ФГБОУ ВО Казанский ГМУ Минздрава России.420012, г.Казань, ул. Бутлерова, 49
2ЧОУ ВО Институт социальных и гуманитарных знаний. 420111, г. Казань, ул. Профсоюзная, д.13/16
3ФГБОУ ВО Казанский (Приволжский) федеральный университет. 420111 г.Казань, ул. Кремлевская, 18

 

Репродуктивное здоровье работников машиностроения: гигиенический аспект

 

Резюме. Актуальность проблемы. Установление факторов риска нарушения здоровья у работников машиностроения, оценка влияющих факторов, внедрение системы управления риском перспективно и необходимо.

Ключевые слова: репродуктивное здоровье, машиностроение, производственные факторы, риск, условия труда.

Контактное лицо:

Балабанова Любовь Александровна
доцент кафедры профилактической медицины и экологии человека ФПК и ППС ФГБОУ ВО
Казанский ГМУ Минздрава России, к.м.н. 420012, г.Казань, ул.Бутлерова, 49.
Тел.: 8 (843) 236 73 01, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


1Balabanova L.A., 1Lopushov D.V., 1Imamov A.A.,
2Kamaev S.K., 3Sitdikova I.D.
1Kazan State Medical University. 49 Butlerova street, 420012 Kazan, Russia
2Institute of Social and Humanitarian Knowledge. 13/16 Profsoyznaya street, 420111 Kazan, Russia
3Kazan Federal University.18 Kremlyovskaya street, 420111 Kazan, Russia

 

Reproductive health of workers of mechanical engineering: the hygienic aspect

 

Summary. Background. Identification of risk factors of health disorders in workers of mechanical engineering, evaluation of influencing factors, introduction of system of risk-management perspective and necessary.

Key words: reproductive health, mechanical engineering, production factors, risk, working conditions.

Contact person:

Balabanova Lyubov
k.m.s., docent of the Chair of preventive medicine and human ecology of Kazan State Medical University,
49 Butlerova street, 420012 Kazan, Russia.
tel: 8 (843) 236 73 01, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Введение. Результатом увеличивающейся в течение ряда десятилетий техногенной нагрузки стала циркуляция в среде обитания более 4 миллионов токсичных веществ. Порядка 100 тысяч этих веществ могут попасть в организм человека с воздухом, водой, пищей. Более 1000 загрязняющих веществ, находящихся во внешней среде и поступающих в организм человека, токсичны для репродуктивной системы [1,4,14,15,18,19]. Этот факт подтверждают наблюдения за последние 50 лет, свидетельствующие о тенденции к снижению активности репродуктивной функции у мужчин во всем мире [4,6,9,10,17].
В литературе приводятся данные о работниках промышленных производств как группах повышенного риска, которые получают дополнительную химическую нагрузку на рабочем месте. Результатами таких производственных влияний являются рост общей и профессиональной заболеваемости, нарушение нормального функционирования органов и систем, бесплодие, выкидыши, генетические нарушения, вызывающие заболевания у последующих поколений [2,5,6,12,13,14,1 5,16,17,18,19].
В нашей стране одной из самых распространенных отраслей промышленности является машиностроение. В ряде исследований показано, что в машиностроении на работников влияют химические (тяжелые металлы, оксид углерода, бенз(а)пирен и др.) и физические (тепловое излучение, шум, вибрация) производственные факторы [2,3,4,6,7,8,9,11]. В связи с этим необходимым и значимым представляется установление факторов риска нарушения здоровья у работников машиностроения, разработка методов их оценки и внедрение системы управления риском. Первостепенную роль нужно отвести разработке специфических мер профилактики возникших нарушений для снижения показателей заболеваемости у работающих [3,8,11,14,20].

Цель работы - выявить взаимосвязь между производственными факторами и нарушениями репродуктивного здоровья у работников машиностроения.
Материалы и методы. В исследовании применялись социально – гигиенические, эпидемиологические, статистические методы исследования. На предприятии машиностроения изучены условия труда 318 работников-мужчин (средний возраст 47,6 ± 7,73), имеющих контакт с вредными производственными факторами. Контрольную группу составили 148 работников-мужчин (средний возраст 46,1 ± 8,99), условия труда которых не связаны с воздействием вредных факторов производственной среды.
Гигиеническая оценка факторов производственной среды и определение классов условий труда проводились в соответствии с Р 2.2.2006- 05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда». Расчет рисков проводился в соответствии с Р 2.1.10.1920-04 "Руководство по оценке риска для здоровья населения при воздействии химических веществ, загрязняющих окружающую среду". Проведено анкетирование работников по специально разработанной анкете, в ходе которого были оценены социальные, бытовые, медико-биологические и профессиональные факторы. Обработка результатов анкетирования проводилась с использованием стандартных статистических методов, расчеты выполнялись с помощью программ Microsoft Excel. Статистическая обработка данных проводилась с использованием параметрических и непараметрических методов статистики. Применялись методы расчета риска,
определялся канцерогенный риск, а также рассчитывались коэффициенты опасности (отношение воздействующей дозы (или концентрации) химического вещества к его безопасному (референтному) уровню воздействия), а также суммарные индексы опасности (сумма коэффициентов опасности для веществ с однородным механизмом действия или сумма коэффициентов опасности для разных путей поступления химического вещества). Использовался метод корреляционного анализа. Достоверность различий определялась по t-критерию Стьюдента.

Результаты и обсуждение. Проанкетировано 318 работников опытной группы и 148 контрольной. При обработке результатов анкетирования были признаны бракованными 5,6% анкет, поскольку они не содержали необходимой для анализа информации. За 100% принято общее число лиц, ответивших на все вопросы. Для обработки баз данных анкетной информации, содержащих качественные характеристики был использован расчет критерия c 2 для таблиц сопряженности. Анкетирование выявило высокий процент вредных привычек у опрошенных: 66,3% респондентов курят, 28,2% - злоупотребляют алкоголем, 8,5% обращались к врачу по поводу нарушения репродуктивной функции, 4,2% опрошенных отметили, что у их жен были выкидыши. Находятся в контакте со смазочноохлаждающими жидкостями (СОЖ) в течение всей рабочей смены 68% анкетируемых, 14% имеют контакт с тяжелыми металлами, столько же работают в условиях повышенных температур, 18% опрошенных отметили отягощенный наследственный анамнез по злокачественным новообразованиям. Анализ таблиц сопряженности выявил межгрупповые различия по следующим показателям: курение (c2=128; р<0,00001), употребление алкоголя (c2=87; р<0,0003), контакт с СОЖ (c2=168; р<0,00001), вибрацией (c2=66; р<0,035), шумом (c2=122; р<0,00001), химическими веществами (c2=177; р<0,00001), обращения к врачу (c2=122,36; р<0,00001). Выявленные факторы повышают риск возникновения заболеваний у опрошенных.

Результаты анализа концентраций химических веществ в воздухе рабочей зоны, проведенного за 10 лет, выявили превышения предельно-допустимых концентраций бенз(а)пирена, аэрозолей минеральных масел, диоксида азота, эпихлоргидрина.
Средние концентрации оксида углерода в цехах за период наблюдения составили 5,7+ 1,41 мг/м3,(р<0,0005); эпихлоргидрина – 1,96+0,77 мг/м3,(р<0,0005); бенз(а)пирена 0,001334+0,08 мг/м3, (р<0,0005); минеральных масел 3,6+1,22 мг/м3, (р<0,0005). В отдельных цехах выявлены превышения предельно-допустимых уровней (ПДУ) шума до 29ДбА и ПДУ локальной вибрации по эквивалентным корректированным значениям виброскорости на 3 - 12Дб. Эквивалентные корректированные уровни виброскорости общей вибрации в ряде цехов превышали ПДУ на 3-4 Дб. Показатели интенсивности теплового излучения превышали допустимые уровни от 1,17 ПДУ до 13,69 ПДУ. Гигиеническая оценка условий труда выявила, что условия
труда работников машиностроения преимущественно оцениваются как вредные. Классы условий труда 3.1. – 3.3. составляют 57,5%. Следовательно, имеется повышенный риск возникновения профессиональных заболеваний у работников.
Расчет неканцерогенных и канцерогенных рисков показал высокий канцерогенный риск от изолированного воздействия бенз(а)пирена (2,07·10-4). Установлены высокие суммарные индексы опасности (HI) для критических органов и систем от воздействия циркулирующих в воздухе рабочей зоны бенз(а)пирена, керосина, бензина, аэрозоля минеральных масел. Критическими системами организма для возникновения патологии у работников предприятия машиностроения являются дыхательная (HI=100038,45), центральная нервная (HI=99801,89), пищеварительная (HI=1532,92), кроветворная (HI=219,9), мочеполовая системы (HI=2066,11).
По итогам ранжирования дыхательная система занимает первое место по величине суммарного индекса опасности от воздействия химических веществ, что может привести к неблагоприятным исходам для здоровья работников машиностроения, ввиду того, что более 90% химических веществ вдыхаются с воздухом. Повреждение респираторной системы может приводить к хронической дыхательной недостаточности, недостаточному снабжению кислородом органов и тканей и, как результат, - к возникновению соматической патологии. На втором месте по уровню суммарного индекса опасности находится центральная нервная система. Токсическое повреждение тканей головного мозга может привести к возникновению болезней нервной системы, опухолевым поражениям, воздействие на гипоталамо-гипофизарную систему может оказывать негативное воздействие на продукцию и регуляцию гормонов. На третьем месте по величине суммарного индекса опасности занимает мочеполовая система (с учетом однонаправленного действия в отношении отдельных органов и систем и эффекта суммации), причем бенз(а)пирену принадлежит наибольший вклад по индексу опасности.

Заключение. Условия труда работников машиностроения характеризуются как вредные. Воздействие вредных производственных факторов определяет высокий риск для репродуктивного здоровья работников. Превышения предельнодопустимых концентраций химических веществ в воздухе рабочей зоны, работа в условиях повышенных температур, превышения уровней шума и вибрации требуют регулярного контроля и мероприятий по снижению вредного воздействия. Выявлен высокий риск
возникновения онкологических заболеваний, болезней органов дыхания, центральной нервной системы, мочеполовой системы, риск возникновения патологии у потомства. По результатам исследования разработаны и предложены профилактические мероприятия по устранению или минимизации неблагоприятного воздействия факторов производственной среды, а также дополнительные обследования и мониторинг групп риска. Все вышеуказанные мероприятия, проводимые на стадии профессионального отбора, позволят значительно снизить вероятность возникновения заболеваний у работников машиностроения.

 

Литература
1. Анализ рисков нарушения репродуктивного здоровья у работников канцерогеноопасных производств/ Л.А. Балабанова и др.// Профилактическая медицина как научно-практическая основа сохранения и укрепления здоровья населения. Сборник научных трудов. Выпуск 5. - Н.Новгород, 2018. – С.-18-22.
2. Балабанова Л.А. Оценка влияния производственных канцерогенных и репродуктивноопасных факторов на здоровье работников машиностроения/ Балабанова Л.А., Ситдикова И.Д., Лопушов Д.В., Севастьянова О.Н., Ахтямова Л.А., Иванова М.К.// Уральский медицинский журнал. - 2008.- №11.- С. 59-61.
3. Балабанова Л.А. Оценка риска профессиональной деятельности работников машиностроения / Балабанова Л.А., Имамов А.А., Камаев С.К.// Медицина труда и экология человека. – 2017. - №2. – С. 24-27.
4. Балабанова Л.А. Применение скрининговых методов для выявления нарушений репродуктивного здоровья у работников машиностроения/ Балабанова Л.А., Камаев С.К. // Медицина труда и экология человека. – 2018. - №2. – С. 24-27. Балабанова Л.А. Профилактика нарушений репродуктивного здоровья у работников машиностроения / Балабанова Л.А., Имамов А.А., Камаев С.К. // Здоровье. Медицинская экология. Наука. – 2017. - №3 (70). - С.114-117.

6. Балабанова Л.А. Риск возникновения репродуктивных нарушений у мужчин в условиях высокой техногенной нагрузки/ Балабанова Л.А., Камаев С.К., Мешков А.В., Герасимова Л.И., Лучкин Г.С., Вахитов И.Х.// Современные проблемы науки и образования. - 2015. - №2. - С. 78.

7. Балабанова Л.А. Факторы промышленной экологии и трудового процесса в условиях машиностроительного производства и их влияние на репродуктивное здоровье мужчин/ Балабанова Л.А., Ситдикова И.Д., Лопушов Д.В., Севастьянова О.Н., Ахтямова Л.А., Ишуткина О.И.//Сибирский медицинский журнал (Иркутск). - 2007. - Т.69.- № 2.- С. 86-88.

8. Гигиенические аспекты профилактики нарушения репродуктивного здоровья у работников авиастроения/ Ситдикова И.Д., Имамов А.А., Балабанова Л.А., и др.// Практическая медицина. - 2014. – Т.1.-№4 (80).- С.131-133
9. К вопросу о влиянии условий труда на риск возникновения нарушений репродуктивного здоровья у работников машиностроения/ Л.А. Балабанова и др. //Профилактическая медицина как научно-практическая основа сохранения и укрепления здоровья населения. Сборник научных трудов. Выпуск 5. - Н.Новгород, 2018.– С.-13-18.
10. Мешков А.В. Риски возникновения репродуктивных нарушений у мужчин трудоспособного возраста/ Мешков А.В., Балабанова Л.А., Камаев С.К., Вахитов И.Х., Лучкин Г.С., Герасимова Л.И.//Современные проблемы науки и образования. -2015.- №2. - С. 65.
11. К вопросу о влиянии условий труда на риск возникновения нарушений репродуктивного здоровья у работников машиностроения / Л.А.Балабанова, А.А.Имамов, И.Д.Ситдикова, С.К.Камаев // Профилактическая медицина как научно-практическая основа сохранения и укрепления здоровья населения. Сборник научных трудов. Выпуск 5. -2018.- Н.Новгород. – С.-13-18
12. Риск возникновения неинфекционных заболеваний репродуктивной системы у работников машиностроения/ Балабанова Л.А., Имамов А.А., Замалиева М.А., Ситдикова И.Д., Камаев С.К.//Профилактическая медицина. – 2016. – Т. 19 - № 2 (выпуск 2). – С. 8.
13. Риск репродуктивных нарушений у мужчин – работников канцерогеноопасного производства/ Ситдикова И.Д., Балабанова Л.А., Радченко О.Р., Иванова Т.В. // Вестник уральской академической медицинской науки. – 2015. - №2(53). - С. 83-85
14. Ситдикова И.Д. Факторы риска для репродуктивного здоровья мужчин трудоспособного возраста/ Ситдикова И.Д., Балабанова Л.А., Имамов А.А. //Практическая медицина. -2014. -Т. 1. -№ 4 (80). - С. 107-110.
15. Ситдикова И.Д. Риски нарушения репродуктивного здоровья у мужчин, занятых на предприятиях авиастроения/ Ситдикова И.Д., Балабанова Л.А., Иванова Т.В., Малеев М.В.//Практическая медицина.- 2015.- №4- 2.- С. 125-127.
16. Факторы риска возникновения неинфекционных заболеваний у работников машиностроения/ Балабанова Л.А., А.А.Имамов, Замалиева М.А., С.К.Камаев.//Профилактическая медицина. – 2016. – Т. 19 - № 2 (выпуск 2). – С. 8-9.
17. Adverse reproductive outcomes from exposure to environmental mutagens / Sram R., Binkova B., Rossner P. et al.//J. Mutat. Res. –2002. –Т.428, №1-2. -Р. 203 – 215.
18. Bujan L. Environment et spermatogenese / Bujan L. // Contracept Fertil Sexual - 2008. – Vol. 20(7). Р. 555-561.
19. The Active Immunity of the Person in Conditions of Anthropogenic Impact /Lyubov A.Balabanova et all/Helix – The Scientific Explorer/ Helix Vol. 8(1): 2992-2995 DOI 10.29042/2018-2992-2995. Helix ISSN 2319 – 5592 (Online)
20. The use of screening methods as element array system improvement public health/ Iakovlev A., Meshkov A., Sitdikova I. еt al.//Research journal of pharmaceutical, biological and chemical sciences». - 2016. - Т.7 - №5. - P. 1821-1826.

УДК: 614.47
1,2Лопушов Д.В.1,2, 1Радченко О.Р., 1 Филиппова С.Ю., 2Сабаева Ф.Н., 2Фазулзянова И.М.
1Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Казанский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации, 420032, г. Казань, ул. Бутлерова д. 49,
2Казанская государственная медицинская академия – филиал федерального государственного бюджетного образовательного учреждения дополнительного профессионального образовании «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Министерства здравоохранения Российской Федерации, 420073, г. Казань, ул. Бутлерова,36.

 

Современный взгляд и пути совершенствования знаний медицинских работников по вакцинопрофилактике

 

Резюме. Обучение на специализированных циклах по вакцинопрофилактики является обязательным требованием для работников медицинских организаций, осуществляющие иммунизацию населения.

Ключевые слова: вакцинопрофилактика, нежелательные реакции, поствакцинальные осложнения, непрерывное медицинское образование.

Контактное лицо:

Лопушов Дмитрий Владимирович
к.м.н. доцент кафедры эпидемиологии и дезинфектологии Казанской государственной медицинской академии – филиала ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России и кафедры профилактической медицины ГБОУ ВПО КазГМУ Минздрава России. 420073, г. Казань, ул. Бутлерова, д. 36, тел. (843) 231-79-25, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


1,2Lopushov D.V., 1Radchenko O.R., 1Filippova S.Y, 2Sabaeva F.N, 2Fazulzunova I.M.
1Kazan State Medical University, 49 Butlerov Str., Kazan, Russian Federation, 420012
2Kazan State Medical Academy – Branch Campus of the FSBEI FPE RMACPE MOH Russia, 36 Butlerov Str.,Kazan, Russian Federation, 420012

 

Modern view and ways to improve the knowledge of health workers on vaccine prevention

 

Abstract. Training on specialized cycles of vaccination is a mandatory requirement for employees of medical organizations engaged in immunization of the population.

Key words: vaccine prophylaxis, adverse reactions, postvaccinal complications, continuous medical education.

Contact person:

Lopushov Dmitry Vladimirovich
candidate of medical Sciences associate Professor of the Department of epidemiology and Disinfectology of Kazan state medical Academy – branch FGBOU DPO RMAPO Federal Ministry of health and the Department of preventive
medicine and ecology FSBEI HE Kazan SMU MOH Russia. 420073, Kazan, ul. Butlerova str, d. 36,
tel. (843) 231-79-25, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


В XX веке были достигнуты впечатляющие успехи в предупреждении возникновения и распространения, а также ликвидации инфекционных заболеваний, для профилактики которых используются вакцины (управляемые инфекции).
Многолетний опыт вакцинации в мире, в том числе России, показал, что вакцинопрофилактика является ключевым звеном в системе мероприятий по ликвидации управляемых инфекций, предупреждению их возникновения и распространения [1,2,3].
Согласно докладам ВОЗ, планомерная массовая иммунизация населения привела к снижению заболеваемости полиомиелитом и элиминации данного заболевания на большей территории земного шара.
На современном этапе случаи полиомиелита регистрируются лишь в Афганистане, Нигерии и Пакистане, что связано с тяжелой политической и социальной обстановкой в данных странах[11].
Экономическое моделирование показало, что ликвидация полиомиелита позволит сэкономить, по меньшей мере, 40-50 миллиардов долларов США в период с 1988 по 2035 гг., главным образом, в странах с низким уровнем дохода [4,5]. В практике вакцинопрофилактики широко применяется термин «безопасность иммунизации», который свидетельствует об отсутствии при проведении профилактических прививок негативного воздействия на пациента, медицинского работника, осуществляющего
иммунизацию, а также на население, контактирующего с медицинскими отходами, образующимися при проведении профилактических прививок.
Безопасность иммунизации является одним из основных критериев оценки качества иммунопрофилактики. Вакцинные препараты должны иметь более высокие стандарты безопасности по сравнению с лекарственными препаратами, так как: вакцины вводятся здоровым людям, они применяются во всех возрастных группах и рекомендуются для всеобщего применения с целью обеспечения защиты всего населения [6,7,11].

В целях обеспечения безопасности иммунизации в медицинской организации, осуществляющей вакцинацию, определяются должностные лица, которые координируют работу по разделу иммунопрофилактика: планирование вакцинации подлежащего населения, обучение персонала, соблюдение условий «холодовой цепи», повышения квалификации медицинского персонала по вопросам иммунизации. Важнейшим направлением совершенствования вакцинопрофилактики является обеспечение
приверженности вакцинопрофилактике медицинских работников, населения [8].
Одним из способов достижения безопасности иммунизации, формирования положительного отношения к вакцинации со стороны медицинских работников, повышения уровня знаний медицинских работников по вопросам иммунизации населения, является подготовка данной категории работающих по вопросам организации вакцинопрофилактики. Для квалифицированного осуществления надзора за использованием вакцинных препаратов необходимы компетентные кадровые ресурсы и важное значение приобретает регулярное обучение медицинского персонала, участвующего в проведении иммунизации. В методических указаниях (МУ) 3.3.1889-04 «Порядок проведения профилактических прививок» содержится пункт об обязательном
ежегодном обучении персонала медицинских организаций, проводящих иммунизацию населения. Серьезной проблемой остается формальное отношение к самому качеству подготовки медицинских работников, одной из причин которого является отсутствие контроля за данным разделом работы со стороны руководителей учреждений здравоохранения. Это подтверждают факты грубого нарушения санитарного законодательства в части обеспечения безопасности иммунизации в отдельных территориях Российской Федерации. Так, допуск к осуществлению иммунизации медицинского персонала, не прошедшего специализированного обучения, может привести к нарушениям основных требований к порядку проведения профилактических прививок: не соблюдение интервалов между прививками, неправильной технике вакцинации, не соблюдение регламентированного режима хранения вакцин.
Аналогичные требования по обучению медицинского персонала содержатся и в других нормативных документах, которые обязывают медицинских работников, осуществляющих иммунизацию, проходить последипломное обучение (усовершенствование) по иммунопрофилактике. В случае проведения иммунизации против туберкулеза, а также иммунодиагностики туберкулеза (туберкулинодиагностика, диаскин тест) средние медицинские работники допускаются к работе после
обучения на базе противотуберкулезных организаций [9,10]. В приказе Министерства здравоохранения Российской Федерации от 21 марта 2014 г. N 125н «Об утверждении национального календаря профилактических прививок и календаря профилактических прививок по эпидемическим показаниям» также отражена необходимость обучения медицинских работников по вопросам применения иммунобиологических лекарственных препаратов (ИЛП), а также по вопросам оказания неотложной медицинской помощи при возникновении поствакцинальных реакций и осложнений. Все вышеизложенное свидетельствует о важности проведенного исследования.

Цель настоящего исследования. Оценить уровень знаний медицинских работников по вакцинопрофилактике и на основе полученных данных оптимизировать систему повышения знаний медицинских работников по иммунопрофилактике.
Материал и методы. Для достижения поставленной цели и в рамках выполнения научно-исследовательской работы по оптимизации системы эпидемиологического надзора за нежелательными реакциями в поствакцинальный период, совершенствования работы по вакцинопрофилактике совместно с Министерством здравоохранения Республики Татарстан был проведен аудит организации вакцинопрофилактики в медицинских организациях Республики Татарстан.
Для оценки уровня знаний медицинских работников по вопросам иммунопрофилактики в период проведения аудита проведено анкетирование медицинских работников. Для проведения анкетирования был использован оригинальный вопросник по оценке уровня знаний медицинского персонала по нежелательным реакциям после вакцинации. При ответе предоставлялась возможность выбрать от одного до нескольких вариантов. Вопросник включал в себя паспортные данные, данные, характеризующие профессиональный статус и блок вопросов по направлениям вакцинопрофилактики населения, нежелательным реакциям после вакцинации, отношение к иммунопрофилактике, предложения по модернизации положений Национального календаря профилактических прививок. Опрос медицинских работников по вышеуказанному вопроснику проводился в медицинских организациях Республики Татарстан. В анкетировании приняли участие 3250 медицинских работников
Республики Татарстан. Статистическую обработку полученных данных проводили с использованием программы Microsoft Excel, критерия Стьюдента и доверительных интервалов. Статистически значимыми различия признавали при вероятности >95% (p < 0,05).

Результаты и обсуждение. По данным форм статистической отчетности численность населения Республики Татарстан на 01.01.17 составляет - 3,85 млн. человек в т.ч. детское население (0-18 лет) – 777 249 человек, взрослое население (18 и старше) – 3 077 788 человек. В Республике Татарстан функционирует 79 больничных учреждения, 53 амбулаторно - поликлинических учреждения, 1790 фельдшерскоакушерских пункта.
По итогам проведенного анализа паспортов прививочных кабинетов выявлено, что в медицинских организациях функционирует 450 прививочных кабинета. В Республике Татарстан вакцинопрофилактику осуществляют 4568 медицинских работника, что составляет 10 % от общей численности медицинских работников.

В анкетировании приняли участие 3250 медицинских работников Республики Татарстан, что составляет 71,2 % от общего количества медицинских работников, занятых в вакцинации.
В анкетировании приняли участие 63%, врачей и 37% средних медицинских работников, по половому составу получены следующие данные: 65,6% опрошенных составляют женщин и 34,4% опрошенных составляют мужчины. Средний возраст респондентов составил 38,8±1,5 года. В анкетирование приняли участие врачи различных специальностей. Распределение опрошенных по врачебным специальностям приведено в таблице 1.

Проведенный анализ среднего медицинского персонала, участвующего в опросе по занимаемым должностям выявил, что средние медицинские работники кабинета педиатра и терапевты, врача общей практики составляют 52,4%, а медсестры специализированных кабинетов (хирургический, урологический и т.д.) составляют - 47,6%. Прошли специализированное обучение по вакцинопрофилактике 45% врачей и 65% средних медицинских работников.
Данный факт диктует необходимость обучения по иммунопрофилактике для медицинских работников всех специальностей, которые имеют отношение к иммунизации, а в перспективе и весь медицинский персонал.
С учетом вышеизложенного и для повышения уровня знаний медицинских работником министерством здравоохранения Республики Татарстан совместно с КГМА - филиала ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Минздрава России и ФГБОУ ВО «Казанский государственный медицинский университет» Минздрава России была разработана дополнительная профессиональная образовательная программа повышения квалификации врачей и средних медицинских работников «Актуальные вопросы иммунопрофилактики» продолжительностью 36 часов. Данная программа предназначена для обучения врачей всех специальностей и реализуется с использованием дистанционных
образовательных технологий, а также частично в форме стажировки. Данный цикл является междисциплинарным и на нем рассматриваются вопросы эпидемиологии, иммунологии, педиатрии, терапии, даются вопросы оказания медицинской помощи при неотложных состояниях в частности анафилактическом шоке. В ходе осуществления данной программы запланировано совершенствование профессиональных компетенций, приобретение полного объема систематизированных теоретических знаний, умений и необходимых профессиональных навыков по вакцинопрофилактике, необходимых для профессиональной деятельности в рамках имеющейся квалификации.
Дистанционная часть цикла включает ознакомление с нормативным регулированием вакцинации, и основами организации вакцинопрофилактики.

В рамках проводимого цикла рассматриваются правовые основы вакцинации с учетом требований федерального и республиканского законодательства, принципы деятельности медицинских организаций по вопросам иммунопрофилактики инфекционных заболеваний. Особое внимание уделяется технике проведения вакцинации, методам планирования профилактических прививок, вопросам клиники и профилактики поствакцинальных осложнений, требованиям к соблюдению «холодовой цепи» при хранении вакцин В рамках выполнения практических занятий запланировано усовершенствование практических навыков по выбору иммунобиологических лекарственных препаратов для вакцинации населения в рамках Национального календаря профилактических прививок РФ, тактике вакцинации лиц с отклонениями в состоянии здоровья, определению потребности в иммунобиологических лекарственных препаратов в рамках национального календаря и календаря по эпидемическим показаниям. Дополнительная профессиональная программа повышения квалификации врачей по теме «Актуальные вопросы иммунопрофилактики» частично реализуется в форме стажировки. Последняя осуществляется в целях изучения передового опыта, закрепления теоретических знаний, приобретения практических умений, навыков и их эффективного использования при исполнении должностных обязанностей повышения квалификации врачей по различным специальностям.
Клинической базой для проведения стажировки по данному циклу является Республиканский центр иммунопрофилактики, который является структурным подразделением ГАУЗ «Детская республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Республики Татарстан» (ГАУЗ «ДРКБ МЗ РТ»). В ходе обучения особое значение уделяется вопросу нежелательных реакций после вакцинации, а также алгоритму действий при подозрении на данные реакции. Для специалистов, осуществляющих эпидемиологический надзор за нежелательными реакциями после вакцинации предусмотрено изучение порядка расследования данных осложнений.

По завершению цикла предусмотрено итоговое тестирование для оценки полученных знаний. С момента осуществления данной образовательной программы прошли обучение 189 медицинских работника в т.ч. врачи 126 чел., средний медицинский персонал – 63 чел. В ходе проведенного анкетирования по результатам обучения 98,9% опрошенных оценили необходимость данного обучения и 78% указали, что полученные в ходе обучения навыки будут использованы в дальнейшей работе.
Заключение Необходимость специализированного обучения медицинского персонала, осуществляющего вакцинопрофилактику регламентировано рядом нормативных документов и подтверждается желанием самих медицинских работников.
Идеальным вариантов проведения данного обучения является организация и проведение специальных циклов повышения квалификации по актуальным вопросам иммунопрофилактики и их интегрирование в систему непрерывного медицинского образования.
В учебную программу циклов повышения квалификации необходимо включить вопросы изучения нежелательных реакций после вакцинации, техники вакцинации, оказания неотложной медицинской помощи. Оптимальным вариантом является проведение циклов повышения квалификации на базе медицинских организаций, являющихся опорной базой по вопросам иммунопрофилактики.


Литература.
1. Безопасность иммунизации. Пособие для врачей. Под ред. Е.Н. Беляева, А.А. Ясинского. М., 2005. С. 134.
2. Брико Н.И. Иммунопрофилактика инфекционных болезней в России: состояние и перспективы совершенствования / Брико Н.В., Фельдблюм И.В.// Эпидемиология и вакцинопрофилактика. – 2017 – Т. 59, № 2 (93). – С. 4-9.
3. Брико Н.И., Зуева Л.П., Покровский В.И., Сергиев В.П., Шкарин В.В. Эпидемиология. Учебник в 2-х томах. М.: МИА, 2013.
4. Брико Н.И. Обеспечение безопасности иммунизации — один из основных критериев качества вакцинопрофилактики / Брико Н.И. // Лечащий врач. – 2015 - № 7. - 74-80
5. Иммунопрофилактика-2018 / Под ред. В.К. Таточенко, Н.А. Озерецковского. – М., 2018 – 266 с.
6. Инфекционные болезни: национальное руководство / Под ред. Ющука Н.Д., Венгерова Ю.Я. – М., Гэотар-Медиа, 2009. – 1040 с.
7. Полиомиелит. Информационный бюллетень ВОЗ, 2013. №114. Доступно на: http://www.who.int/mediacentre/factsheets/fs114/ru/. (дата обращения 27.08.2018 г.).
8. Приказ Министерства здравоохранения РФ от 21 марта 2014 г. N 125н «Об утверждении национального календаря профилактических прививок и календаря профилактических прививок по эпидемическим показаниям» Доступно на http://base.garant.ru/70647158/#ixzz5PgpJImJV. (дата обращения 27.08.2018 г.).
9. Санитарно-эпидемиологические правила СП 3.3.2342–08 «Обеспечение безопасности иммунизации». Доступно на http://base.garant. ru/12159902/(дата обращения 27.08.2018 г.).
10. Федеральный закон от 17 сентября 1998 г. N 157-ФЗ «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней». Доступно на http://base.garant. ru/12113020/#ixzz5PgqT7r9Z (дата обращения 27.08.2018 г.).
11. WHO, UNICEF, World Bank. State of the world’s vaccines and immunization, 3rd ed. Geneva: World Health Organization; 2009., Доступно на http://apps. who.int/iris/bitstream/10665/44169/1/9789241563864_eng.pdf. (дата обращения 27.08.2018 г.).

УДК: 339.138:338.46
Коростелев С.А., Белостоцкий А.В., Песенникова Е.В., Марченко С.Д., Большакова Е.В.
Институт профессионального образования. Первый МГМУ им И.М.Сеченова. 119992, Москва, ул. Трубецкая, д. 8, стр. 2. Факультет управления здравоохранением (ФУЗ). Кафедра организации и управления в сфере обращения лекарственных средств. 127018, г. Москва, ул. Складочная, д. 1., стр. 17.

 

Формирование имиджа медицинского заведения

 

Резюме. Актуальность проблемы. Внедрение в работу медицинского учреждения имиджевой составляющей ведет к ориентации деятельности на выявление и наиболее полное удовлетворение потребностей контактного (имиджевого) окружения, что оказывает положительное влияние на эффективность деятельности учреждения здравоохранения.

Ключевые слова: медицинская организация, медицинская услуга, имидж организации, деловая репутация, формирование имиджа.

Контактное лицо:

Коростелев С.А.
Доктор медицинских наук, профессор, Института профессионального образования. Первый МГМУ им И.М.Сеченова. 119992, Москва, ул. Трубецкая, д. 8, стр. 2. Факультет управления здравоохранением (ФУЗ).
Кафедра организации и управления в сфере обращения лекарственных средств. 127018, г.Москва, ул. Складочная, д.1., стр.17. Тел: 7-925-153-50-45, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Korostelev S.A., Belostoczkij A.V., Pesennikova E.V., Marchenko S.D., Bolshakova E.V.
Institute of vocational education. The first MGMU named I.M. Sechenova. 8-2, Trubetskayastreet, Moscow, 119992.Faculty of Health Management (FUZ), Department of Organization and Management in the field of circulation of medicines.127018, Moscow, Skladochnayastreet, 1- 17.Russia


Formation of the image of a medical institution

 

Abstract.Background. The introduction of the image component into the work of the medical institution leads to the orientation of activities to identify and fully meet the needs of the contact (image) environment, which has a positive impact on the effectiveness of the healthcare institution.
Key words: medical organization, medical service, image of organization, business reputation, image formation.

Contact person:

Korostelev S.A.
Doctor of Medicine Sciences, professor, Institute of vocational education. The first MGMU named I.M. Sechenova. 8-2, Trubetskayastreet, Moscow, 119992. Faculty of Health Management (FUZ), Department of Organization and
Management in the field of circulation of medicines.127018, Moscow, Skladochnayastreet, 1-17.
Тел: 7-925-153-50-45, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Актуальность проблемы. На современном этапе развития у всех организаций возникает необходимость сформировать определенный имидж, найти свою целевую аудиторию, определить свое место на рынке. Данные вопросы актуальны и для государственных медицинских заведений, особенно если они оказывают платные медицинские услуги. Исследованию аспектов имиджа организации посвящены работы многих ученых: Ф. Котлер, М.Д. Дачаева, И.В. Дрончак, С.М. Илляшенко, А.В.Колодка, Р.В. Левкина, А.В.Левкин, О.М.Лозовский, А.Н. Чумикови другие. [1, 3-4, 6, 8-9, 12]. Анализ научных источников свидетельствует, что вопросам имиджа организаций здравоохранения посвящены работы многих ученых, но они в основном рассматривают его в отношении коммерческих компаний, реже – фармацевтических предприятий. В отношении государственных медицинских заведений данная тематика не исследовалась, в первую очередь в связи с тем, что их некоммерческий характер не актуализировал этот вопрос, который ста актуален в последнее время в связи с ростом объемов оказываемых ими платных медицинских услуг.
Степень научной разработанности вопросов, связанных с изучением имиджа учреждений здравоохранения, в зарубежной литературе незначительна и не соответствует их актуальности[напр. 13,14].

Цель работы. Определить особенности имиджа медицинского заведения, его основные компоненты и виды.
Материалы и методы. В работе использованы методы экономического анализа, сравнительный метод, метод качественного анализа, аналитический и социологический. В качестве источника информации для получения оценочного материала было выбрано социологическое исследование путем метода анкетирования, т.к. данный вид социологического исследования является наиболее простым и доступным, а также не требует больших финансовых затрат.

Результаты и обсуждение. С точки зрения маркетинга медицинская помощь рассматривается как элемент рынка - медицинская услуга. Государственным заведениям здравоохранения необходимо поддерживать доверие к своей деятельности не меньше, чем предприятиям-производителям продукции и частным медицинским заведениям.
Невозможно эффективно реализовать политику в сфере здравоохранения, не имея позитивного имиджа непосредственных субъектов воплощения этой политики – медицинских учреждений и работников. Разработка маркетинговых коммуникаций должна рассматриваться с позиции создания позитивного имиджа, их результативность в свою очередь главным образом зависит от состояния имиджа. Одним из наиболее влиятельных современных средств коммуникаций, которое используют для поддержания имиджа, является паблик рилейшенз, осуществляемый с помощью целеустремленного информационного влияния на разные аудитории. Большинство медицинских организаций используют возможности телевидения, прессы и других средств влияния на сознание потребителей. К главным средствам продвижения медицинских услуг относят: телевидение, радио, газеты, журналы, специализированные издания, почтовые рассылки, телефон и Интернет.
Реклама с целью расширения сбыта медицинских услуг - основная форма рекламной деятельности, тесно связана с координацией всех взаимозависимых факторов, которые влияют на продажу услуг.
Использование специализированных медиа-ресурсов в данной ситуации не эффективно, т.к. они не распространены среди потребителей медицинских услуг, потому не могут распространить необходимую информацию среди широкого круга общественности. Для этого необходимо использовать общественно-политический медиа-ресурс, сформировать подходы, способы, приемы изложения информации, направленной на формирование позитивного имиджа медработника.
Чтобы находить новых клиентов, частные заведения здравоохранения уже давно поддерживают свой имидж в социальных медиа, что необходимо активно внедрять и государственным медицинским учреждениям. Блоги врачей как средство распространения медицинской информации и привлечения пациентов к учреждениям здравоохранения сегодня являются новым и эффективным средством формирования имиджа заведения.

Одной из важнейших составляющих имиджа медицинского заведения является деловая репутация. Формирование деловой репутация является результатом многолетней работой коллектива и администрации заведения и зависит от внутренних (время работы заведения, профильность, соблюдение стандартов, качество предоставления медицинских услуг, ценовая политика, кадровый состав и т.п.) и внешних факторов (благотворительность, сотрудничество со СМИ, финансирование и т. п.).
Сформировав положительный имидж и отличную деловую репутацию, руководству медицинского заведения не следует прекращать работу в этом направлении. Несмотря на то, что деловая репутация охраняется законом, очень часты попытки недобросовестных конкурентов и недовольных пациентов нанести вред деловой репутации, испортить имидж заведения. Поэтому в первую очередь необходима их юридическая защита.
Обобщение практики деятельности медицинских заведений позволяет выделить такие нарушения-посягательства на деловую репутацию:
• негативная информация в сети Интернет и печатных СМИ;
• размещение неправдивых статей и информационных уведомлений в специализированных изданиях;
• публичные выступления против деятельности учреждения;
• распространение негативных характеристик среди потенциальных пользователей;
• «независимое« журналистское расследование;
• дискредитация со стороны конкурентов;
• распространение негативной информации сотрудниками. Для предотвращения данных проблем следует вести постоянную работу по таким направлениям:
• вести постоянный мониторинг поисковых запросов;
• выработать правильную модель поведения с пациентами и придерживаться ее норм на практике;
• принятие эффективных мер по сохранности информации с ограниченным или закрытым доступом;
• первые ссылки поисковых запросов, к примеру, на название медицинской организации, должны быть на официальный сайт;
• на официальном сайте информация должна быть полной, достоверной и актуальной;
• необходимо оперативно реагировать на нарушения деловой репутации и посягательства на имидж медицинского заведения. Неотъемлемым атрибутом любой имиджевой системы является структура. Большинство авторов в структуре имиджа организации выделяют восемь компонентов (составляющих) [2]:
• деловой имидж организации - представление об организации как субъекте деловой активности, составляющими которой выступают полнота и своевременность оказанных услуг.
• имидж работников - представление о стиле жизни, общественном статусе и некоторых личностных (психологических) характеристиках;
• внутренний имидж организации – представление сотрудников о своей организации (составные – культура организации и социальнопсихологический климат);
• имидж руководителя или основных руководителей организации - представление о возможностях, ценностных ориентациях, психологических характеристиках и внешности руководителей.
• имидж персонала - обобщенное представление о персонале, который раскрывает наиболее характерные для него черты;
• визуальный имидж организации - представление об организации, субстратом которого являются зрительные ощущения, которые фиксируют информацию об интерьере офиса, приемной руководителя, кабинете, символике организации;
• социальный имидж организации - представление широкой общественности о социальных целях и роли организации в экономической, социальной и культурной жизни общественности;
• имидж услуги - представление людей относительно особенных характеристик, которыми являются эти услуги.
В рамках этих основных составляющих в основном интерпретируют структуру имиджа остальные исследователи. Так, к примеру, И. Колосовская поддерживает мнение относительно такой структуры, но относит к визуальному имиджу внешний вид персонала, а к внутреннему имиджу – социальнопсихологический климат в коллективе и культуру организации. В то же время, по ее мнению, культура персонала является фактором его имиджа, вербальное и невербальное поведение является составляющей имиджа руководителя [5]. В.Ю. Мамаева и В.В. Мацько выделяют только три основных вида имиджа: имидж персонала, визуальный имидж и имидж услуги [10, с. 134].
В литературе предлагаются и отличные от данной классификации элементов структуры, к примеру: имидж пациентов; внутренний имидж; бизнес-имидж; имидж у госструктур; социальный имидж; конкурентный имидж [11, с. 217]. Однако эти компоненты в той или иной степени также являются составляющими рассмотренных. В структуре имиджа государственного медицинского заведения, оказывающего ПМУ, с учетом специфики их оказания, нами предлагается выделить такие имиджевые компоненты (табл. 1).

Как нами установлено, приведенные компоненты имиджа в той или иной степени изучены в разных их вариациях названий и соотношения в структуре, в том числе и применительно к учреждениям здравоохранения. Нами вводится в перечень компонентов корпоративный имидж, который до этого исследователи в структуру не включали. Одной из важнейших компонент имиджа является профессионализм и внешний вид специалиста. О профессионализме медицинских работников люди часто формируют мнение исходя из внутренних ощущений от общения с медицинским работником. Немалую роль в этом играет и внешний вид работника, несмотря на то, что медицинская униформа отличается традиционностью и консерватизмом. Белые халаты производят на большинство людей впечатление респектабельного, аккуратного и авторитетного стиля. Поэтому серьезное и аккуратное отношение медицинского работника к своему внешнему виду формирует у пациентов позитивное впечатление о нем. Уровень квалифицированности и дисциплинированности медицинских работников, уровень их профессиональной деятельности в свою очередь формируют восприятие медицинского заведения пациентами и посетителями. Для создания позитивного имиджа медицинского заведения значение имеют и такие моменты, как соблюдение работниками дисциплины труда и его организации. Нарушение медицинскими работниками, к примеру, графика приема пациентов уже создает почву для негативного восприятия заведения в целом.

Социологическое исследование, проведенное среди жителей г. Волгограда свидетельствует о наличии позитивного имиджа частных клиник, в то время как у государственных медицинских учреждений так его оценивает только треть опрошенных. Основными причинами данной ситуации следует выделить слабую материально-техническую базу, значительный износ оборудования и медицинского автотранспорта, дефицит финансирования, отсутствие рекламных мероприятий [7].

Основные элементы формирования позитивного имиджа медицинского заведения отражены на рис. 1.


Выводы.
1. Под имиджем медицинского заведения предлагается понимать комплексную характеристику, которая включает образ заведения, медицинских кадров, качества предоставляемых услуг, которой присуща временная и пространственная изменчивость под влиянием комплекса внутренних и внешних факторов.
2. Руководство заведений здравоохранения вынуждено решать целый комплекс вопросов маркетинга и повышения своего имиджа, в которые входит изучение и удовлетворение спроса на те или иные медицинские услуги, поиск способов их продвижения и стратегии деятельности в жесткой конкурентной борьбы.


Литература
1. Быстрова Н.В. Имиджорганизации как фактор повышения ее конкурентоспособности / Быстрова Н.В., Хижная А.В., Мазунова А.А., Парадеева И.Н. // Международный журнал прикладных и фундаментальных исследований. – 2017. – № 8-2. – С. 321-324.
2. Даулинг Г. Репутация фирмы: создание, управлениеиоценкэффективности / Даулинг Г. - М.: Имидж-контакт: Инфра-М, 2003. - 368 с.
3. Дачаева М.Д. Имидж организации как инструмент повышения ее конкурентоспособности / Дачаева М.Д. // Современные научные исследования и инновации. - 2017. - № 4.
4. Илляшенко С.М.Роль имиджа в обеспечении устойчивого развития промышленных предприятий / Илляшенко С.М., Колодка А.В. // Устойчивое развитие - ХХІ века: управление, технологии, модели. Дискуссии 2016: коллективная монография / под. ред. Е. В. Хлобистова. - Черкассы, 2016. - 535 с.
5. Колосовская И.И. Формирование имиджа местных государственных администраций в Украине / Колосовская И.И. // Автореферат дис. канд. наук гос. упр.: 25.00. 02. - К., 2004. - 20 с.
6. Котлер Ф. Основы маркетинга / Котлер Ф.- М.: Прогресс, 1998. - 620 с.
7. Кузеванова А.Л. Имидж учреждений здравоохранения в восприятии региональной общественности / Кузеванова А. Л., Савельева М. Ю. // Регионология. – 2017. – т. 25. - № 4. – С. 610-627.
8. Левкина Р.В. Имидж предприятий на рынке экологически чистой продукции / Левкина Р.В., Левкин А.В. // Актуальные проблемы инновационной экономики. - 2016. - № 2. - С. 67-70.
9. Лозовский О.М.Формирование имиджа предприятия как элемента конкурентоспособности / Лозовский О.М., Дрончак И.В. // Молодой ученый. - 2016. - № 1(1). - С. 101-104.
10. Мамаева В.Ю.Стратегия формирования имиджа медицинской организации / Мамаева В.Ю., МацькоВ.В. // Вестник Омского университета. Серия «Экономика». – 2012. – выпуск № 3. – С. 132-134.
11. Тхориков Б.А.Разработка технологии управления имиджем медицинского учреждения / Тхориков Б.А.,Спичак И.В. // Научные ведомости Белгородского государственного университета. Серия: Философия. Социология. Право. – 2008. – Выпуск№ 8 (48). - том 4. – С. 216-220. – С. 217.
12. Чумиков А.Н. Имидж - репутация - бренд: традиционные подходы и новые технологии: сб. ст. / Чумиков А.Н. - М.: Директ-Медиа, 2015. - С. 106.
13. Frasca R. Press Relations: A 14-Point Plan for Enhancing the Public Image of Health Care Institutions / R.Frasca, М. Schneider // Health Care Management Review. - 1988. - Vol. 13, issue 4. - P. 49—57.
14. Friedman E. What's eroding the hospital's image? / Friedman E.// Hospitals. 1985. Vol. 59, issue 18. рp. 76-84.

УДК:613.9; 613.2; 614.1
1Фролова О.А., 2Бочаров Е.П., 2Фролов Д.Н.
1Казанская государственная медицинская академия – филиал ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России, 420012, Россия, г. Казань, ул. Бутлерова, 36
2ФГБОУ ВО Казанский ГМУ Минздрава России, 420012, г. Казань, ул. Бутлерова, 49

 

Оценка индекса массы тела как показателя качества жизни и предиктора репродуктивного поведения

 

Резюме. Актуальность. Приоритетной задачей социальной политики в стране является создание оптимальных условий для осуществления женщиной функции материнства, сохранения ее здоровья и здоровья будущего ребенка. Репродуктивное поведение семьи во многом зависит от собственной оценки качества жизни.

Ключевые слова: качество жизни женщин, репродуктивный возраст, индекс массы тела, демографические показатели

Контактное лицо:

Фролова Оксана Александровна
доктор медицинских наук, профессор кафедры общей гигиены КГМА – филиала ФГБОУ ДПО РМАНПО Минздрава России; 420012, Россия, г. Казань, ул. Бутлерова, 36;
+7(843)233-34-86; e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


1Frolova O.A, 2Bocharov E.P., 2Frolov D.N.
1 Kazan State Medical Academy - Branch Campus of the FSBEI FPE RMACPE MOH Russia, 420012, Russia, Kazan, 36, Butlerova str.
2 FSBEI HE Kazan SMU MOH Russia, 420012, Russia, Kazan, 49, Butlerova str.

 

Evaluation of body mass index as an indicator of quality of life and the predictor of reproductive behavior

 

Abstract. Background. The priority of social policy in the country is to create optimal conditions for the woman to carry out the function of motherhood, to preserve her health and the health of the future child. The reproductive behavior of the family depends largely on its own assessment of the quality of life.

Key words: quality of life for women, reproductive age, body mass index, demographic indicators

Contact person:

Oksana A. Frolova
Dr Sci. of medical, Professor of Department hygiene of KSMA - Branch Campus of the FSBEI FPE
RMACPE MOH Russia; Russia, Kazan, 36, Butlerova str., +7(843)233-34-86; e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Актуальность проблемы. Приоритетной задачей социальной политики и фактором национальной безопасности в стране является сохранение здоровья рождающегося потомства, т.е. создание оптимальных условий для осуществления женщиной функции материнства, сохранения ее здоровья и здоровья будущего ребенка [1,12].
По данным Федеральной службы государственной статистики на начало 2018 года в Российской Федерации проживало 146,88 миллиона человек, из них 78,76 млн. - женщины, это половина населения нашей страны. Уровень их экономической активности в трудоспособном возрасте составляет 77%, а доля в общей численности занятого населения – 49%. Большая часть женщин ориентированы на полную занятость и карьерный рост, совмещении работы и семейных обязанностей. Национальная Стратегия действий в интересах женщин на 2017 - 2022 годы (от 8 марта 2017 г. № 410-р), «Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года» определяет основные направления государственной политики в отношении женщин: создание условий для сохранения здоровья женщин всех возрастов, предполагает профилактику неинфекционных заболеваний и снижение факторов риска их развития. Жизнь современной женщины это не только беременность и
роды, это трудовая деятельность и семейные обязанности, когда востребованы высокие показатели здоровья и качества жизни [10,13]. На сегодняшний день наша страна сталкивается с проблемами, характерными для большинства развитых стран: низкая рождаемость, старение населения и увеличение распространенности хронических неинфекционных заболеваний. Социально-экономическая ситуация, неблагоприятная окружающая среда, образ жизни и питание, производственные факторы оказывают отрицательное влияние на здоровье населения [2,3,7,9,18].
Цель исследования. Оценка индекса массы тела и собственного восприятия качества жизни женщинами фертильного возраста, как предиктора репродуктивного поведения семьи.
Материалы и методы. Динамику показателей воспроизводства населения оценивали по данным статистических отчетных форм, обобщенных в учебно-методических пособиях «Статистика здоровья населения и здравоохранения (по материалам Республики Татарстан за 2008-2017 годы) (данные Министерства здравоохранения Республики Татарстан).

Минимально необходимое количество респондентов для исследования определяли после предварительного расчета с помощью формулы, где учитывалась численность женщин репродуктивного возраста в Республике Татарстан; ожидаемая распространенность нарушений здоровья по литературным данным, уровень статистической значимости в медико-социальных исследованиях и допустимая ошибка репрезентативности. Объем минимальной репрезентативной выборки составил 235 человек.
Для изучения образа жизни и пищевого статуса женщин в возрасте от 18 до 49 лет нами было проведено социологическое исследование с помощью адаптированной анкеты. Методом случайной выборки проведен социологический опрос женщин и предоставлена возможность высказать свое мнение по вопросам качества их жизни и здоровья. Субъективная оценка удовлетворенности качеством жизни оценивалась с помощью выбранных вопросов из стандартизированного опросника ВОЗ «Качество жизни - 100» (1999). Карта обследования состояла из блоков, которые раскрывают приоритетные показатели качественной стороны образа жизни и здоровья. Содержание анкеты адаптировано к целям и задачам основного исследования. Открытые вопросы кодировались и объединялись в типологические группы. Для оценки пищевого статуса классифицировали массу тела в зависимости от индекса массы тела (ИМТ) и риска развития сопутствующих заболеваний в соответствии с
рекомендациями Всемирной Организации Здравоохранения (2003 г.). ИМТ рассчитывали как отношение массы тела в килограммах к росту человека в квадратных метрах. Для исследования качественных показателей мы строили гипотезы, которые проверяли с помощью соответствующих критериев, использующих ранги. Для подобной оценки лучше всего подходит коэффициент ранговой корреляции Спирмена – Y, вычисляемый по значениям рангов, которые проставляются объектам в соответствии с рассматриваемыми признаками. Отличия считались достоверными при p<0,05. Статистическая обработка данных осуществлялась с использованием пакета прикладных статистических программ Аttestat, Microsoft Office (EXCEL), Statistica 6.0
Результаты и обсуждение. На первом этапе мы оценили динамику показателей воспроизводства населения в Республике Татарстан за десять лет. С 2011 году в Российской Федерации, впервые за последнее столетие, наблюдался положительный естественный прирост населения. Демографические показатели улучшались за счет роста уровня рождаемости и снижения смертности населения. Важное значение, на данном этапе, имело улучшение качества жизни населения и комплекс мер правительства Российской Федерации направленных на повышение рождаемости (материнский капитал, социальные выплаты и т.д.). Улучшения показателей демографического потенциала страны за семь лет очень значительны и связаны с вступлением в детородный возраст многочисленного поколения женщин, родившихся в середине восьмидесятых годов двадцатого века. Последние два года доля женщин фертильного возраста уменьшилась за счет сокращения числа женщин в возрасте 20-29 лет, на которые приходится более половины всех рождений. Изменения возрастных коэффициентов среди женщин репродуктивного возраста привели к снижению показателей рождаемости. Коэффициенты естественного движения населения в Республике Татарстан за последние десять лет представлены в таблице 1.

Согласно анализу представленных данных общий коэффициент рождаемости, несмотря на меры социальной поддержки, в последние годы имеет тенденцию к снижению. Улучшение качества медицинского обслуживания, ранняя диагностика заболеваемости, всеобщий охват диспансеризацией привели к существенному снижению общего коэффициента смертности населения. Поэтому, несмотря на снижение уровня рождаемости, наблюдается положительный естественный прирост в Республике Татарстан, в 2017 году равен 1,1 на 1000 человек (в целом по стране естественная убыль составила -0,9 на 1000 человек).
Суммарный коэффициент рождаемости (плодовитости) вычисляется как сумма возрастных коэффициентов рождаемости для групп в интервале от 15 до 49 лет. Этот коэффициент показывает, сколько в среднем детей родила бы женщина на протяжении всего репродуктивного периода при сохранении в каждом возрасте уровня рождаемости того года, для которого рассчитывались возрастные коэффициенты. Величина не зависит от возрастного состава жителей и характеризует средний уровень рождаемости в данный календарный период. Уровень суммарного коэффициента рождаемости (плодовитости) выше 4,0 считается высоким, меньше 2,15 — низким. Для простого замещения поколений необходимо 2,14-2,15 рождений на одну женщину [4].

Самое низкое значение коэффициента суммарной рождаемости в Российской Федерации отмечалось в 1999 году – 1,157, в 2016 году этот показатель составил 1,762 ребенка на одну женщину, в 2017 – 1,608, прослеживается тенденция к снижению. В Республике Татарстан в 2016 году коэффициент суммарной рождаемости составил 1,7, 2017 году – 1,8, что не может обеспечить простого замещения поколений[4].
Репродуктивное поведение семьи во многом зависит от собственной оценки качества жизни. В зависимости от цели и ожиданий респондентов социально-экономические условия воспринимаются по разному, для одних они благоприятные, другим кажутся препятствующими самореализации во многих жизненных сферах. Термин «качество жизни очень часто используется в литературе в связи с показателями здоровья. Определений этого понятия очень много, и Всемирная организация здравоохранения в 1995 году предложила следующее: восприятие людьми своего положения в контексте культуры и ценностной ориентации, в которых они живут, и в связи с их целями, ожиданиями, нормами и заботами. Это комплексное понятие, подверженное сложному взаимодействию физического здоровья человека, его психического состояния, степени независимости, общественных взаимоотношений и особенностей окружающей среды [14].
По результатам социологического опроса проведен статистический анализ влияния на самооценку качества жизни женщины различных аспектов с использованием коэффициента корреляции – γ (табл. 2). Качество жизни - сложная система взаимосвязей различных составляющих, мы выделили лишь несколько из них. Согласно нашим исследованиям на территории Республики Татарстан собственное восприятие качества жизни женщины зависит от оценки собственного здоровья (отсутствие проблем со здоровьем и хронических заболеваний повышает оценку качества жизни респондентов) (γ=0,5), наличие собственного жилья (γ=0,6) и удовлетворенность оказанной медицинской помощью (γ=0,4). Нами выявлены связи самооценки качества жизни женщины с возрастом, чем старше женщина, тем хуже оценка. Удовлетворенность желаемым количеством детей (γ=0,3) сказывается на восприятии качественной стороны жизни женщины. Среди факторов, влияющих на качество жизни, по собственному мнению респондентов, единственный, на который может повлиять сам респондент, оказался индекс массы тела. С увеличением индекса массы тела самооценка качества жизни женщины ухудшается (γ=0,4).

Репродуктивное поведение находится под сильным влиянием текущих социально-экономических условий жизнедеятельности личности и семьи. Таким образом, социологическое исследование собственного мнения жителей о качестве жизни несет субъективную информацию, но с его помощью можно выяснить проблемы, волнующие жителей, и наметить мероприятия по улучшению качественной стороны жизни населения. Репродуктивная функция женщины напрямую зависит от критической массы жировой ткани. Увеличение массы тела, развитие ожирения может привести к снижению фертильности, нарушениям менструального цикла, бесплодию, гиперандрогенным состояниям, различным гиперпластическим процессам (гиперплазия, полипоз эндометрия, яичников, молочных желез) [5,11,15]. Недостаточная обеспеченность или несбалансированное потребление жизненно важных нутриентов являются факторами постоянного отрицательного воздействия на здоровье, снижают
трудовой, интеллектуальный и репродуктивный потенциал общества в целом [8, 9, 13,16,17]. В соответствии с рекомендациями Всемирной организации здравоохранения [2] наименьший риска проблем со здоровьем наблюдается при индексе массы тела от 18,5 до 24,9. При значениях меньше 18,5 возрастает риск инфекционных заболеваний и заболеваний желудочно-кишечного тракта. Если ИМТ более 25, увеличивается риск развития сердечно-сосудистых заболеваний, новообразований, гипертонии, сахарного диабета 2 типа, желчекаменной болезни и т.д.. Согласно проведенному нами исследованию, женщины фертильного возраста в 51,3% случаях имеют нормальную массу телу и наименьший риск проблем со здоровьем.

Одна треть женщин из обследованной группы (33,3%), согласно классификации, имела избыточную массу тела или ожирение I степени. Остальные респонденты страдали от недостатка массы тела – 13,4%. Риск развития сопутствующих заболеваний в разных возрастных группах отличается. С течением времени масса тела женщин изменятся(табл.3).

Наибольшее количество респондентов (55,9%) с нормальной массой тела встречается в возрасте от 18 до 30 лет, на этот период приходится самое большое количество родов. Но в этом возрасте чаще других отмечается и недостаток массы тела (29%). Количество женщин с избыточной массы тела и ожирением с возрастом увеличивается от 15,1% до 55,9%. Недостаточная масса тела (ИМТ меньше 18,5) после 40 лет практически не встречается. Характерной чертой современного общества является снижение энергозатрат в быту и трудовой деятельности. С возрастом постепенно уменьшается дополнительная физическая активность, что и приводит к накоплению жировой массы в организме и развитию ожирения. Более высокая физическая активность характерна для женщин до 30 лет. Около 78% молодых женщин, по результатам опроса, указали, что 2-3 раза в неделю занимаются в спортивном зале, плавают, ходят пешком и т.д. После 40 лет количество женщин с высокими физическими нагрузками снижается до 41%.
Женщины в 72% случаев уверены, что знают принципы здорового питания, количество калорий, необходимых для жизнедеятельности и самостоятельно могут оценить свой рацион. Несбалансированное питание и низкая физическая активность с
возрастом увеличивают риск развития избыточной массы тела и ожирения, возрастает вероятность развития алиментарно-зависимых заболеваний, что оказывает влияние на репродуктивное здоровье и
качество жизни женщин.
Выводы
1. Инициативы Президента России по улучшению демографической ситуации в стране, заключающиеся в продлении программы материнского капитала, предоставлении ежемесячных адресных выплат в связи с рождением первого ребенка, субсидировании ставки по ипотечному кредиту востребованы и своевременны.
2. В Республике Татарстан за последние семь лет сохраняется позитивная тенденция превышения числа родившихся над умершими, благодаря выстроенной социальной политики и улучшения качества жизни населения. Но, в данный период вступает в детородный возраст малочисленное поколение детей девяностых и двухтысячных годов, уровень рождаемости падает, но развитие медицинской помощи приводит к снижению показателей смертности. В результате, в Республике наблюдается естественный прирост населения, который в 2017 году снизился, но остался положительным и составил 1,1 на 1000 жителей.
3. Индекс массы тела, как показатель риска развития сопутствующих заболеваний среди женщин репродуктивного возраста имеет тенденция к росту, в зависимости от возраста. Субъективная самооценка женщин падает с увеличением индекса массы тела и приводит к снижению мотивации родителей для рождения ребенка. Необходимо проводить работу по улучшению условий и повышению качества жизни семей.
4. Достижение целей по улучшению демографической ситуации и качества жизни населения, представленных Правительством Российской Федерации, необходимо осуществлять путем реализации развития научных исследований в области профилактики наиболее распространенных неинфекционных заболеваний и продвижения принципов здорового питания с учетом региональных особенностей и традиций.


Список литературы.
1. Вялков А.И. Актуальные проблемы укрепления общественного здоровья и управления профилактической деятельностью в системе здравоохранения / Вялков А.И. // Проблемы управления здравоохранением. – 2009. – №5. – С.5-16.
2. Глобальная стратегия ВОЗ по питанию, физической активности и здоровью: Руководство стран по мониторингу и оценка осуществления, ВОЗ. – 2009. – 50 с.
3. Данишевский К.Д. Наиболее важные для России приоритеты в области здоровья населения трудоспособного возраста / Данишевский К.Д. // Проблемы управления здравоохранением. – 2010. - № 5. – С. 13-19.
4. Даутова Л.А. Репродуктивное поведение населения в аспекте современных медико-демографических показателей / Даутова Л.А., Кулавский В.А. // Репродуктивное здоровье детей и подростков. – 2007. – №3. – С.6-10.
5. Махмуд Т. Ожирение как репродуктивный барьер. Готовы ли мы к этой проблеме / Махмуд Т. // Акушерство и гинекология. – 2015. - №7. – С. 21-25.
6. Социальное и демографическое развитие России. Каирская программа действий: 15 лет спустя, ВОЗ // Издательство «Права человека», Москва. - 2010. – 171 с.
7. Султанаева З.М. Медико-демографические тенденции как критерий эффективности реформирования здравоохранения / Султанаева З.М. // Проблемы управления здравоохранением. – 2011. - № 3 . – С. 28-31.
8. Тутельян В.А. Влияние питания на здоровье и активное долголетие человека: современный взгляд. Будущее продовольственной системы России (в оценках экспертного сообщества) / Тутельян В.А., Батурин А.К. // [под ред. В.Ф. Лишенко] – М.: Экономика, 2014. - 309 с.
9. Тутельян В.А. Предпосылки и факторы формирования региональной политики в области здорового питания в России / Тутельян В.А., Суханов Б.Л., Керимова М.Г.// Вопросы питания. – 2007. - №6. С. 39-43.
10. Улумбекова Г.Э. Здоровье населения и здравоохранение в России и Республике Татарстан: анализ проблем и перспективы / Улумбекова Г.Э. // Казанский медицинский журнал. – 2010. - № 3. – С. 297-308.
11. Фофанова И.Ю. Роль витаминов и микроэлементов в сохранении репродуктивного здоровья / Фофанова И.Ю. // Гинекология. – 2005. - № 4. – С. 244-249.
12. Фролова О.А. Медико-демографические показатели как индикаторы репродуктивного здоровья (на примере Республики Татарстан) / Фролова О.А., Уткельбаев Р.И., Сафиуллина З.Ф. [и др.] // Общественное здоровье и здравоохранение. – 2012. - №1. - С. 5-8.
13. Фролова О.А. Оценка фактического питания населения и анализ развития алиментарно-зависимых заболеваний на территории Республики Татарстан / Фролова О.А., Карпова М.В. // Казань: «МеДДоК»; 2015. – 116 с.
14. EUROHIS: Разработка общего инструментария для опросов о состоянии здоровья – М., «Права человека», 2005. – 193 с.
15. Hooper L. Effect of reducing total fat intake on body weight: systematic review and meta-analysis of randomised controlled trials and cohort studies / Hooper L., Abdelhamid A., Moore H.J., et al. // British Medical Journal. – 2012. - v. 345– P. 1–15.
16. Khalaf A Prevalence and association of female weight status and dietary habits with sociodemographic factors: a cross-sectional study in Saudi Arabia / Khalaf A., Westergren A., Berggren V., et al. // Public Health Nutr. – 2015. – v. 18(5). – P. 784-796.
17. Park Y.C. Association Between Duration of Reproductive Years and Metabolic Syndrome / Park Y.C., Lee T.S., Kang H.T., et al. // J Womens Health (Larchmt). - 2018 Mar. - v.27(3). – P.271-277.
18. Rogozińska E. Effects of antenatal diet and physical activity on maternal and fetal outcomes: individual patient data meta-analysis and health economic evaluation / Rogozińska E., Marlin N., Jackson L., et al. // Health Technol Assess. – 2017 Aug. – v.21(41). - P.150-158.

УДК: 005.583.1
Коростелев С. А., Белостоцкий А. В., Песенникова Е.В., Марченко С.Д., Большакова Е.В. Институт профессионального образования. Первый МГМУ им И.М.Сеченова. 119992, Москва, ул. Трубецкая, д. 8, стр. 2.
Факультет управления здравоохранением (ФУЗ). Кафедра организации и управления в сфере обращения лекарственных средств. 127018, г.Москва, ул. Складочная, д.1., стр.17.

 

Совершенствование мотивации медицинских работников

 

Резюме. Актуальность проблемы. Рациональное использование персонала является одним из основных условий эффективного функционирования учреждений здравоохранения. При этом мотивация труда является одним из действенных факторов роста качества  оказываемых ими медицинских услуг.

Ключевые слова: здравоохранение, медицинские работники, уровни управления, мотивация, мотивационный механизм, мотивы, стимулы, качество функционирования.

Контактное лицо:

Коростелев С.А.
Доктор медицинских наук, профессор, Института профессионального образования. Первый МГМУ им И.М.Сеченова. 119992, Москва, ул. Трубецкая, д. 8, стр. 2. Факультет управления здравоохранением
(ФУЗ). Кафедра организации и управления в сфере обращения лекарственных средств. 127018, г.Москва, ул. Складочная, д.1., стр.17. Тел: 7-925-153-50-45, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

 

Korostelev S.A., Belostoczkij A.V., Pesennikova E.V., Marchenko S.D., Bolshakova E.V.
Institute of vocational education. The first MGMU named I.M. Sechenova. 8-2, Trubetskaya street, Moscow, 119992. Faculty of Health Management (FUZ), Department of Organization and Management in the field of circulation of medicines. 127018, Moscow, Skladochnay astreet, 1- 17. Russia

 

Improvement of motivation of medical workers

 

Annotation. Background. Rational use of personnel is one of the main conditions for the effective functioning of health facilities. At the same time, labor motivation is one of the most effective factors in the growth of the quality of medical services provided by them.

Keywords: health care, medical workers, levels of management, motivation, motivational mechanism, motives, incentives, quality of functioning.

Contact person:

Korostelev S.A.
Doctor of Medicine Sciences, professor, Institute of vocational education. The first MGMU named I.M. Sechenova. 8-2, Trubetskaya street, Moscow, 119992. Faculty of Health Management (FUZ), Department of Organization
and Management in the field of circulation of medicines.127018, Moscow, Skladochnaya street, 1-17.
Тел: 7-925-153-50-45, e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


Актуальность проблемы. Здравоохранение - одна из приоритетных отраслей национальной экономики, цель которой - сохранение здоровья нации. Ее достижение может быть обеспечено благодаря усилиям работников системы здравоохранения. Однако, понятно, что для достижения целей любой организации, ее персонал должен быть мотивированным.
Задачи по улучшению управления качеством медицинской помощи стоят перед системами здравоохранения многих стран. Качество трудового потенциала страны и эффективность его использования можно существенно повышать за счет оптимальной мотивированности к эффективному труду персонала медицинской организации. В каждой медицинской организации, необходимо совместить интересы организации с личными интересами каждого работника, что создаст оптимальную мотивированность сотрудников в контексте их самореализации в организации. Фундаментальные разработки в области мотивационной сферы проводили такие ученые как А.Маслоу, М.Мак-Клелланд, Д.Аткинсон, Л.Верещагин, И.Карелин, О.Виханский, И.Ильин, В.Леонтьев, А.Колот, В.Здравомыслов, В.Ядов и др. Из актуальных российских исследователей в отрасли мотивации работников системы здравоохранения следует выделить В.Мадьянова, С.Федорова, К.Платонова, В.Мильман, В.Москалева, Б.Ясько и др.
Однако, невзирая на широкий круг основательных научных разработок, комплексное исследование проблематики мотивации работников системы здравоохранения еще не проведено. На основании чего можно утверждать о наличии актуальности исследований в данном направлении.
Цель работы. Комплексное исследование проблематики мотивации работников системы здравоохранения.
Материалы и методы. В работе использованы методы экономического и статистического анализа, сравнительный метод, метод количественного и качественного анализа, социологический. В качестве источника информации для получения оценочного материала было выбрано социологическое исследование путем метода анкетирования, т.к. данный вид социологического исследования является наиболее простым и доступным, а также не требует больших финансовых затрат. При анкетировании использована методика А.П. Василькова.

Результаты и обсуждение. Система взаимосвязей механизмов государственного управления с формами и методами мотивации работников системы здравоохранения на локальных уровнях базируется на том, что субъекты государственного управления с помощью утвержденных ими нормативно-правовых актов, используют определенные инструменты государственного управления, которые действуют в совокупности с формами и методами мотивации в медицинских учреждениях, благодаря чему можно достичь наибольшей результативности функционирования системы здравоохранения в стране [4].
Однако, несмотря на то, что органы государственной власти больше всего внимания уделяет развитию экономического механизма государственного управления, многочисленные опросы и исследования показывают, что работники системы здравоохранения в большей степени недовольны именно материальной формой мотивации [5], что свидетельствует о необходимости совершенствования непосредственно механизма мотивирования. Кроме того, следует учитывать наличие разных доминирующих потребностей в зависимости от принадлежности к определенной структурно-функциональной группе.

Так, руководитель медицинского заведения, также как и врач, получает моральное удовлетворение от работы, важнейший мотиватор - осознание важности своего дела, возможность реализовать профессиональные знания и навыки, интерес к труду; антимотиватор - размеры заработной платы и условия труда (у врача еще – отсутствие связи объема и содержания труда с уровнем оплаты). Средний медицинский работник –низкое моральное удовлетворение от работы, мотиваторы (кроме низкого
мотивационного уровня интереса к труду) и антимотиваторы – аналогичны. Младший медицинский работник –отсутствие морального удовлетворения от труда, мотиваторы - возможность получения дополнительной материального вознаграждения, антимотиватор- низкие размеры заработной платы, слабая ее связь с трудоемкостью работы и плохие условия труда [8]. Дополняет проблематику в этой сфере отсутствие единых организационных и теоретических принципов в подходах к мотивации
медицинских работников, низкий уровень овладения ими руководителями медицинских учреждений при реализации функции управления. В этой связи система материального стимулирования должна базироваться на принципе зависимости оплаты труда каждого медицинского работника от уровня его профессионализма и ежемесячного результата работы по количественно-качественным показателям, включая косвенные (сложность оказания медицинских услуг, отдаленность участков и т.п.). Также должна осуществляться выплата персональных надбавок за счет доходов от предоставления платных медицинских услуг населению.
Но не стоит забывать и про нематериальные факторы мотивации; - удовольствие от профессиональной деятельности; - удовлетворение от признания коллегами;- удовлетворение своих достижений; - гордость за достижения учеников; - радость от общего результата командной работы и др.
Ожидание благодарности со стороны пациентов и дополнительного материального вознаграждения от работодателя также выступают в качестве факторов, способных оказывать влияние на трудовое поведение медицинского персонала. Наряду с этим, медицинские работники проявляют определенное безразличие к высокой моральной оценке результатов их труда коллегами и руководством и не считают жесткие требования относительно выполнения должностных обязанностей со стороны последнего такими, что ощутимо стимулируют эффективную трудовую деятельность [2].
Полученные данные позволяют констатировать, что важность моральных стимулов для работников повышается параллельно с ростом уровня их квалификации, и, соответственно, заработка. Низкие размеры оплаты труда снижают чувствительность работников к моральным стимулам. При разработке комплексного механизма мотивации следует учитывать его многоуровневость, в частности наличие отличительных векторов влияния на мотивацию медицинских работников на разных уровнях управления системой здравоохранения:

- национальный уровень – государственно-управленческое влияние;

- отраслевой (министерский уровень) - системно-отраслевое влияние;

- локальный уровень (уровень медицинских заведений) - управленческое влияние.
Совокупность трехуровневых влияний сочетается в мотивационный механизм управления персоналом в системе здравоохранения. Комплексный и целостный подход к решению проблемы мотивации медицинских работников на разных уровнях управления даст возможность повысить эффективность и качество функционирования системы здравоохранения в целом. Не подлежит сомнению постулат, что мотивация медицинского работника должна быть направлена на повышение качества предоставления медицинских услуг [7].
В значительной мере от мотивации зависит эффективность работы медицинских коллективов. Психология медицинского труда призвана исследовать, какие факторы влияют на позитивную мотивацию врача, а какие наоборот - вынуждают его снизить значимость своего труда для самого себя. Необходимо также учитывать такую особенность медицинского персонала к своей профессии как к чему-то больше, чем к инструменту для зарабатывания денег. Профессия в медицине - это принадлежность к группе единомышленников, к касте, к весьма консервативной и закрытой структуре. И в этом есть еще одно направление для расстановки акцентов в системе мотивации: поощрение в виде внимания со стороны ключевых представителей медицинской среды.
Наряду с осознанием своей принадлежности к медицинскому обществу, очень близко находится еще один мотивационный механизм - управление профессиональным ростом и именем (званием) профессионала. Большое значение имеет наличие кандидатской или докторской степени, возможность ее получения, что дает возможность повысить статус сотрудника в коллективе. Следовательно, мотивация к профессиональному и личностному росту - одно из отличий медицинского персонала. Возможность инвестировать в свое развитие, повышение своей квалификации, что впоследствии даст возможность оказывать более профессиональную помощь, увеличивать количество повторных обращений пациентов и приток клиентов в сферу платных медицинских услуг, оказываемых государственными медицинскими заведениями, укреплять свое имя как специалиста. Поэтому возможность профессионального обучения (повышения квалификации) и развития также является эффективным
инструментом мотивационного влияния.
Следует учитывать, что сотрудники медицинской сферы далеко не всегда ставят на первое место свой доход и зависимость дохода от эффективности работы. Ментальная составляющая в медицине, как и ранее, сильная и часто преобладает над коммерческой. Так результаты исследований дают такое ранжирование мотивов медицинских работников (рис. 1), которое свидетельствуют об осознанности выбора профессиональной деятельности и принятия решения до ее начала [3].

В результате обработки данных по методике «Мотивация выбора медицинской профессии» А.П. Василькова было установлено, что:
• 55,7% представителей младшего сестринского персонала детской республиканской больницы выбрали профессию и остаются в ней по мотивам, адекватным медицинской деятельности;
• 26,3% руководствовались в выборе медицинской профессии потребностью в достижениях и уважении, пришли в медицину, чтобы поддержать семейные традиции и из-за престижа профессии;
• 18% привлекала в выборе медицинской профессии возможность заботиться о своем здоровье и доступность медикаментов. Это, согласно методике, так называемые «материальные ценности» [1].
Сравнительный анализ данных опросов показывает практически аналогичные ранжировки в мотивации выбора профессии в сфере медицины. Кроме того, одинаковая заработная плата при разных нагрузках (количество прикрепленного населения) не может выполнять мотивирующее влияние априори. Более того, одинаковая оплата труда при разных нагрузках имеет демотивирующий эффект и является фактором, который негативно влияет на качество медицинской помощи.
В этом аспекте эффективной представляется система выплат стимулирующего характера на основании критерии оценки трудовой деятельности медицинского персонала на примере отделения экстракорпоральных методов гемокоррекции краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Перинатальный центр» министерства здравоохранения Хабаровского края [6]. Стоит отказаться от жесткого нормирования вопросов оплаты и стимулирования труда медицинских работников. Именно отсутствие мотивационной политики, неспособность с помощью действующей системы оплаты труда ориентировать врача на результат привели к процветанию коррупции, распространению нелегальных доходов среди медицинских работников.
Если врач не имеет возможности зарабатывать легально приличные средства, он будет вынужден или изменять место работы (а достаточно часто - и страну), или соглашаться на нерегламентированные доходы от пациентов или фармацевтических компаний. При этом здоровье пациента остается вне поля зрения [9]. Разработка и внедрение механизмов мотивации медицинского персонала к повышению качества медицинской помощи, в частности, широкий ввод индикаторов качества, процедуры анонимного анкетирования потребителей услуг здравоохранения для определения степени удовлетворенности местной общины уровнем квалификации медицинских работников (например, разработка проекта журнала отзывов в который пациент смог бы выставлять бальную оценку врачу за качество проведенного им приема, и в конце месяца, или квартала она (оценка) будет учитываться при начислении премии) и ряд других.
Создание эффективной системы мотивации в медицинских заведениях должно базироваться на учете таких факторов:

1. Заработная плата медицинских работников - это адекватная плата за знание, квалификацию и усилия.
2. С увеличением возраста и опыта медицинских работников уровень заработной платы не является основным мотивирующим фактором.
3. Для врачей основным мотивирующим фактором является признание их профессиональной успешности, для медицинских сестер - причастность к общему делу.
4. В отличие от врачей в структуре мотивационных типов среди медицинских сестер достоверно больше люмпенизированных типов, для которых основным мотивирующим фактором является постоянный контроль за их деятельностью.
Кроме того необходимо на отраслевом уровне утвердить и внедрить в отечественную систему «Примерное положение о системе мотивации работников в медицинском заведении» как основной документ, который регламентирует управленческие действия и взаимоотношения в медицинской отрасли. Проблема нехватки медицинских кадров и отсутствия надлежащей мотивации труда медицинских работников имеет общегосударственные масштабы, поэтому очевидно требует решения путем принятия соответствующих законодательных и нормативных актов, которые бы повысили престижность труда медицинских работников в целом, способствовали бы привлечению медицинских кадров к работе в сельской местности, создавали бы условия для эффективного выполнения медицинским персоналом возложенных на него задач. Особенную актуальность этот вопрос приобретает для регионов, где осуществляется реформирование медицинской отрасли, ведь этот процесс требует надлежащего ресурсного обеспечения.
Выводы.
1. Система государственного обеспечения мотивации работников в системе здравоохранения является необходимым условием результативной деятельности отрасли и обеспечивается благодаря целеустремленному формированию и внедрению научно-обоснованных механизмов государственного управления, что существенно повысит эффективность деятельности системы здравоохранения в целом.

2. Перспективой дальнейших исследований по избранной тематике
может быть разработка полной модели компетентностей медицинского регистратора, для чего следует провести структурированное интервью с расширенной фокусной группой сотрудников.


Литература
1. Баймуратов Т.Р. Мотивация профессиональной деятельности медицинского персонала / Баймуратов Т.Р., Еникеева А.М., Насретдинова Л.М., Хусаенова А.А. // Педагогическое мастерство: материалы X Междунар. науч. конф. (г. Москва, июнь 2017 г.). — М.: Буки-Веди, 2017. — С. 5-6. — URL https://moluch.ru/conf/ped/archive/215/10991.
2. Галимова А.Ш. Проблема мотивации и оплаты труда медицинских работников / Галимова А.Ш., Исмагилова Г.А. // Актуальные проблемы гуманитарных и естественных наук. - 2014. - № 7-1. – С. 121-123.
3. Григорьян М.Р. Системы мотивации персонала в медицинском учреждении / Григорьян М.Р. // Современные научные исследования и инновации. – 2016. - № 7.http://web.snauka.ru/issues/2016/07/69723.
4. Клюева Н.В. Мотивация персонала государственных медицинских учреждений на этапе модернизации российского здравоохранения / Клюева Н.В., Перфилов В.П. // Сборник научных трудов SWorld. Материалы международной научно-практической конференции "Современные проблемы и пути их решения в науке, транспорте, производстве и образовании 2011". - Одесса: Черноморье, 2011. - Вып. 4. Т. 14. - С. 64-69.
5. Павлов К.В. Модели материального стимулирования медицинских работников в улучшении качества результатов их труда / Павлов К.В., Пинкус Т.М., Степчук М.А., Абрамова С.В., Боженко Д.П. // Вестник экономической науки. — 2011. — № 2 (20). — С. 137-143.
6. Саблин И.Д. Совершенствование системы мотивации медицинского персонала в бюджетном учреждении здравоохранения на примере отделения экстракорпоральных методов гемокоррекциикГБУз «Перинатальный центр» министерства здравоохранения хабаровского края / Саблин И Д. // Лидерство и менеджмент. - 2016. – т. 3. - № 4. – С. 259-276.
7. Сергеева Н.М. Мотивация медицинских кадров как фактор развития учреждений здравоохранения / Сергеева Н.М. // ИННОВ. - 2017. - № 3 (32) – С. 34-37.
8. Татарников М.А. Трудовая мотивация медицинских работников / Татарников М.А. // ГлавВрач. – 2007. – N 5. – С. 88-95.
9. Шушпанова Т.Н. Совершенствование методов мотивации в медицинских учреждениях (на примере ОГАУЗ «Санаторий «Красиво») / Шушпанова Т.Н. // Молодой ученый. – 2017. - № 9 (143). – С. 464-467